– Нас высадили на Новую Атлантиду первыми, для подавления паники и организации эвакуации. Мы приняли первый удар.
– Есть хоть кто-то, кто не прошел через этот кошмар? – я машинально сжалась, снова ощутив ледяной холод в теле и боль в руках.
– Вы снимали нас последними.
– Я?! – воспоминания пробивали сознание вспышками, меняя картинки перед внутренним взором словно слайды.
Последними?.. Я потерла лоб. Последняя высотка, торчащая над бушующим океаном в кромешной темноте, прорываемой прожектором с вертолета… Двенадцать человек… Клеть переполнена, но город уже под водой – до авианосца не успеть…
– Я помню, что вы тогда сказали, наша рация была на вашей частоте, мне неловко повторять…
– Не надо, – быстро сказала я, – я помню. Черт, – я провела руками по лицу от неловкости.
Та речь стала бы находкой для любого лингвиста. Я ругалась всю дорогу до авианосца, пока рычаги управления вытанцовывали у меня в руках, а ветер мотал вертолет из стороны в сторону, норовя запустить его в штопор прямо в черноту океана…
Я с трудом разжала до боли сжавшиеся руки и посмотрела на сэра Мак-Артура.
Он серьезно смотрел на меня.
– Вы не бросили нас и дотянули до корабля, один Бог знает, как и вы. Мы молились, чтобы трос не оборвался, и пытались закрыть от волн гражданских, – его взгляд вернулся в настоящее, – как бы то ни было, после этого мы с парнями выбили ваше имя на другой руке, – он поднял рукав.
Мое имя, бортовой номер вертолета и «Новая Атлантида» в витиеватой вязи.
Я встала. Тут же села. Снова встала и прошлась по мостику.
– Но почему же вы молчали?! Когда нас представили на балу, вы все время молчали!
– Я растерялся. Когда мне сообщили, что вы можете стать моей женой, я боялся поверить, – он грустно посмотрел на меня, – но… мы не подошли.
Да. Благодаря дяде с одной стороны и Барту с другой. Провались… Никто никогда не узнает о том, что было тогда сделано.
– Да, не подошли, – эхом отозвалась я, бессильно опустившись в свое кресло, – до сих пор не могу поверить. У меня руки дрожат, – я подняла руки, и увиденное, подтвердило ощущение.
Это была не та дрожь. Не от си-экса. Это были нервы чистой воды. Сэр Мак-Артур осторожно взял мои руки в свои.
– Я хочу, чтобы вы знали, что вы всегда можете на меня рассчитывать, – твердо сказал он, – в любое время, когда понадобится помощь.
– Вы уже помогли мне, – тихо сказала я, – на «Мираже».
– Это был долг чести. Это не считается, – он заглянул мне в глаза. – Фрэнсис, я хочу, чтобы вы помнили, что я всегда рядом.
Я кивнула. Не знаю, что он еще хотел сказать. Он осторожно выпустил мои руки и встал. В этот момент вошел Барт.
– Вот ты где, – легкий кивок и напряженный взгляд, – сэр Мак-Артур.
– Я восхищен «Поллуксом», сэр Бартоломью, – отозвался тот, вернувшись к светскому тону.
– Буду рада видеть вас на борту, когда пойдем к «Северной звезде». Увидите его в деле, – я встала.
– Спасибо, – сэр Мак-Артур легко пожал мою руку и руку Барта следом, – тогда, отлет по готовности. Время не ждет.
– Мы готовы. Корабль заправлен.
– Хорошо, тогда через час.
– Ждем вас на борту, сэр, – Барт проводил сэра Мак-Артура и вернулся ко мне.
Вид у него был совершенно измученный. Он тяжело опустился в кресло Майкла.
– Фрэн, не уходи. Нам надо поговорить.
Я опустилась в свое кресло. Почему я не прочитала его личное дело, почему?! Почему я решила, что на этот раз все не так? Что это не очередной охотник за моим чертовым наследством?! Откуда взялась эта иллюзия, что вот это настоящее? Узнать вот так, при всех…
– У меня тоже была жизнь до тебя… – начал он медленно, тщательно подбирая слова.
Я должна это слушать?!
– Меня не волнуют твои женщины, – обрубила я, – меня интересуют твои дети.
Он провел руками по лицу, собрался с мыслями и продолжил:
– Мне было шестнадцать, расстались мы до того, как я поступил на службу в государственную безопасность и стал заниматься вашим кланом. Я никогда не думал, что женюсь на Изабель, мы проводили вместе время и все. Все закончилось само собой – она поступила в университет и уехала, меня после службы в армии пригласили на службу в госбезопасность… Фрэн, я даже не знал, что она беременна! Узнал только сегодня. Это был спектакль для тебя и остальных. Прости, что тебе пришлось все это выслушать…
Он потянулся к моим рукам, но я отдернула их.
– Не трогай меня.
– Фрэн, – его голос сел, – больше всего на свете я боялся потерять тебя, неужели это происходит?.. Фрэн, прошу, подумай…
– Почему у нее один ребенок, если у вас двойни по мужской линии? – спросила я неожиданно для себя.
– Мальчик не выжил, – бесцветно сказал Барт, – девочка перетянула все на себя. Такое случается с близнецами.
Да, я читала об этом, доводя себя до приступов паники во время беременности, пока Барт не выбросил все эти книги из дома.
– Сколько у тебя еще детей? – сухо спросила я.
Меня трясло от мысли, что где-то могут быть еще близнецы Флинты.
– С нашими всего трое.
Меня передернуло. С нашими… Он понял мой жест иначе.
– Фрэнсис, поверь, я никогда не охотился ни за богатыми наследницами, ни за их приданым…
– Почему ты ей это не сказал?
