В этот момент Серов снова увидел злые огоньки неудовлетворенной одержимости, которые время от времени вспыхивали в ее глазах. Теперь в этих глазах он прочел обещание неминуемой смерти. Он почему-то все понял, и ему стало грустно, как случалось всегда, когда он мысленно подписывал человеку окончательный приговор. «Беги, дитя! Больше не будет случая…» – эта фраза из почти забытого фильма, виденного в далеком детстве, показалась ему абсурдной в этой ситуации. Он знал, что перед ним далеко не дитя, и убежать теперь все равно не удастся. Свой приговор она подписала еще тогда, когда заказала своего мужа. Алексей почему-то был уверен, что все началось именно тогда, и катализатором событий стало нечто такое, что может сделать человека одержимым. Любовь? Мелковато… Деньги? До определенной степени… Но это уже теплее. Для параноиков одним из наиболее эффективных раздражителей и стимуляторов является власть. Деньги и власть, сложенные вместе, вполне могут изменить сознание человека, склонного к подобного рода отклонениям.
Выбравшись на берег, Варвара повернулась к Алексею, совершенно не стесняясь своей наготы. Серов поймал себя на том, что он завороженно смотрел на обнаженную загорелую женщину, стоявшую всего в нескольких метрах от него, и совершенно забыл о контексте момента, полностью загипнотизированный зовом плоти. Одернув себя, он уже более трезво посмотрел на нее и должен был признаться, что выглядела она безупречно, причем не столько в эстетическом плане, сколько с точки зрения спецназовца. Она была прекрасно сложена от природы и, судя по всему, постоянно совершенствовала свое тело специальными физическими упражнениями. Сложив это с продемонстрированной во время марш-броска по сельве выносливостью, а также хладнокровием, технической подкованностью и умением обращаться с оружием, он мог бы сказать, что ее специально готовили для не женской работы. Но все же что-то подсказывало Алексею, что она сама сделала себя такой. Это было ее хобби, ее игра, ее способ самоутверждения, основа которого заложена еще в детстве. Варвара хотела всегда доминировать над ситуацией и окружающими ее людьми и постоянно искала способы и средства достижения своих целей любой ценой. Девочка выросла, и ее игра была перенесена в реальную жизнь…
– Что так смотришь, командир? Нравлюсь? – она приняла еще более вызывающую позу, откровенно провоцируя его на определенные действия. – Возьми меня. Ты же этого хочешь? Почему бы тебе не побыть хоть немного не выхолощенным быком, а настоящим мужчиной!
– Ты не в моем вкусе, крошка, – равнодушно ответил Серов, медленно выйдя на берег и подойдя к ней вплотную. – Прикройся, не смущай контингент.
Варвара фыркнула и, отвернувшись, начала медленно одеваться, иногда поглядывая на Алексея через плечо.
– Чего ты на меня взъелся, Лобо? Чего ты от меня хочешь? Тестостерон замучил?
– Хочу спровоцировать тебя на момент истины.
– Какой еще истины? По-моему, истинно то, что без меня вы бы бродили как слепые котята, а вчера, не будь меня, вас бы там всех положили на болоте. Вот тебе истина!
– Не скрою, что я тобой восхищаюсь и благодарен тебе за вчерашнее. Если бы не сегодняшняя встреча.
– Что еще за встреча? Что тебе там наплели про меня?
– Много интересного, – Алексей блефовал, но инстинктивно чувствовал, что движется в верном направлении. – В принципе, я чего-то подобного и ждал. Думаешь, я хоть на секунду поверил в твою сказочку? Куда там! И по поводу Минаева ты забрехалась. Его допрашивали с применением специальных препаратов, и вряд ли бы ты это пропустила. Ведь ты прямо родная сестра Чингачгука. Все видишь, все слышишь, все знаешь, а тут вдруг провал в сознании. И конечно, кто взял чемодан геологов, ты тоже не видела?
– Я же тебе сказала, что я забилась подальше в чащу, чтобы меня не услышали. Куда уж мне было самой подслушивать?
– Ну да. Но тут промашка получилась с этой твоей царапиной на плече. Ведь это Минаев ранил тебя, верно? Повязка-то была из армейского индпакета, и сама ты никак не смогла бы так перевязаться. Неудобно.
Серов повернулся спиной к Варваре, будучи уверенным, что желаемый психологический эффект им достигнут. Сейчас должен последовать удар, и он пытался сконцентрироваться на интуитивном восприятии, чтобы угадать его направление. Без сомнения, это должна быть шея, единственное уязвимое место для атаки без оружия, а оружия у нее не было, и на берегу он не заметил ни одного подходящего камня.
