А в начале года чёрного быка, третьего года мирного существования Лиговайи и первого года нового малого календарного цикла, был большой праздник: пришло четыре корабля из Империи под конвоем двух военных кораблей: с Агоратана и из Лангишта. Самые дерзкие купцы, заслышав о том, что безумцы выжили и вроде процветают, организовали компанию и отправили караван в рискованное плавание. Из шести судов дошло четыре. Одно отбилось во время шторма и вестей о нём больше не было. Другое было повреждено в стычке с пиратами и осталось ремонтироваться на Агоратане, но при этом было захвачено два пиратских судна, тоже повреждённых и там оставшихся. Пиратам особенно не светило, потому что купцы, в надежде на сверхприбыли, не поскупились составить экипаж из одних граждан и слуг с военным обучением, так что в бою дрались все и отчаянно.
Но теперь это вылилось в другую напасть: половина команды пожелала остаться на новой земле. По согласованию с купцами, создали триумвират из Однорукого, Арса Таррисаня и главы каравана Шира Ассолонга из Карлинора. Они давали разрешение остаться и автоматически стать гражданами Лиговайи. Те, кто выглядели опустившимися физически или морально, отвергались. А когда один из них попытался сбежать тайно, Невидимые так его отделали (не калеча), что дезертиру пришлось месяц отлёживаться. После этого попыток больше не было. Оставшиеся отказывались от своего жалования, отдавая его каравану для покупки вместо себя рабов или найма агашских либо канрайских моряков, но они с радостью шли на это. А владельцев кораблей Атар успокоил выдачей дополнительной компенсации за каждого оставшегося гражданина и слугу. И, наоборот, двое граждан пожелали вернуться в Империю, распродав имущество, оплатив проезд и накупив товаров, Ни одна женщина такого желания не изъявила, и это было показательно.
Три из четырёх кораблей сходили ещё и в легендарный Агаш и вернулись оттуда через месяц разочарованными: рынок показался им намного беднее лиговайского, а организация дел просто ужасной. Лиговайцы посмеивались над неудачливыми вояжёрами: они-то уже немного изучили агашские обычаи, и по рассказам поняли, что имперские гости из "лучших побуждений" всё время поступали поперёк и вели себя как пьяный медведь в посудной лавке.
К каравану присоединилось два лиговайских и три агашских купеческих корабля, и даже отчаянный купец с южного материка, который решил, что недостаточно далеко забрался, а по дороге ещё и лангиштский. До Агоратана его сопровождала объединённая старкско-агашская флотилия из четырёх военных судов и двух лёгких шлюпов, на которых везли дары Императору старков, Сейму и Совету королей Империи. Там поджидали ещё три корабля: отремонтированный свой и пара бывших пиратских. Их владельцы распродали свои товары в Лангиште и других княжествах южного берега и тоже вроде были довольны. Дальше купцам вновь пришлось полагаться на своё счастье, осторожность и смелость и на пару сторожевиков-шлюпов. Из четырнадцати кораблей каравана двенадцать добрались до Империи и сразу внесли свою лепту в слухи о необыкновенных богатствах новой земли. Но оба шлюпа сгинули. Заметив пиратов, они отвлекли их на себя и пропали вместе с пиратами в волнах океана: разыгрался ураган, но каравану посчастливилось пройти по его краешку и своевременно улизнуть в гавань. А шлюпы и пираты попались прямо в скопление смерчей, и выжили ли они, никто не знал. Во всяком случае, обломки пиратских кораблей выбросило на берег вблизи Тарраста, где караван пережидал бурю…
С этой радостно-печальной новостью пришел в конце того же года ещё один имперский караван, на сей раз из Валлины. Валлинцам южные старки уже казались какими-то странными чужаками, и остались всего три человека.
У Ашинатогла и Тлирангогашта мирной передышки формально не было, но особенных тревог тоже. Локасник запросил мира, как только ещё две армии с юга и с востока преодолели горы и двинулись к столице. Ашинатогл сначала потребовал восемь городов, но затем "неожиданно смилостивился": три небольших кусочка земли на восточной границе, а на южной вернул даже город Сарданас. Правда, граница теперь пролегала непосредственно к югу от него, стены агашцы срыли и запретили их вновь возводить (уж за этим-то казаки проследят!) И всё это в обмен на выдачу царевича Аристоликса и всех оставшихся в живых участников набега, что было требованием и раньше. Неудачливый авантюрист, вспомнив историю Тлирангогашта, согласился выкупить своей головой мир с Агашом. Голова-то у него осталась цела, но с него заживо содрали кожу на виселичном поле Калгашта. Остальных незадачливых вояк отправили на галеры пожизненно. Три маленьких клочка земли вместе с новыми станицами к югу от Сарданаса открывали ворота в главные долины Локасника, и в случае новых инцидентов кара должна была последовать незамедлительно.
