Саша чуть впереди, Женя, как обычно, на три шага от Саши. Пошли. До санатория в конце улицы совсем близко, старый санаторий, разрушенный, беззубый санаторий, потом поворот, за ним – курортный проспект, и если сощуриться, то как будто запущенный только слегка, может быть обитаемый, а там и лесополоса, за ней уже и остановка. Сели в маршрутку, вышли, Саша наступила в тутовничью лужу, бродящую-вонючую-черную, хорошо, что хоть на край, хотя туфли все равно испачкала, хорошо, что они тоже черные, так что просто обтерла салфеткой. Выбросила в урну, рядом с урной – наземная помойка, не оформленная. А потом зайдем в книжный и купим что-нибудь, сказала Саша, или хочешь посмотреть фильм? Женя, конечно, ничего не ответил.
Сели в новую маршрутку, вышли возле жилого комплекса, ЖК. Такие же рабочие на каркасах и лесах, но, кажется, чуть более голые и обжаренные, а рядом с ними – совсем новенький, карамельный домик. Подошли к карамельному входу в карамельный подъезд, стали ждать. Вот это тачка, просто целый дом, подумала Саша. Из тачки-дома, блестящего джипа, выкатился клиент. Поздоровались, пожали друг другу руки. Саша вся измягчилась и стала гибкой, специально, потому что главное – самой понравиться клиенту, квартира должна понравиться потом.
– Геннадий, вы не против, если меня будет сопровождать брат? Ничего такого, просто он пока не остается один.
Геннадий сказал, что это совершенно ничего страшного, а у вас все хорошо, может, можно чем-то помочь, ах, он не говорит, но все у вас хорошо, тем более ничего страшного, Александра, не волнуйтесь.
Он был очень московский, привычный, Саша поняла, что соскучилась по такому разговору: деловому и вежливому, не лезущему в голову и чувства, не предъявляющему претензии. Саше показалось, что сделка состоится. Должна состояться. Она постарается.
Зашли в лифт. Новый дом, отличная шумоизоляция, рассказывала Саша, консьерж-сервис, вода круглосуточно, не удивляйтесь, потому что в Южном Ветре обычно вода с перебоями, а здесь нет, прекрасный вид на гору, ха-ха, нет, минералка из крана не течет, на первом этаже будут супермаркет и фитнес-клуб, это уже точно, ну что, приехали на ваш этаж, выходите, вот, кстати, мусоропровод и общий балкон, двери у всех одинаковые и очень качественные, заходите, пожалуйста.
– Вы так рассказываете, что даже самому захотелось поселиться, – Геннадий смотрел на стены и потолок, потолок, стены и окна и улыбался.
– У вас нет этого в планах? – Саша тоже улыбалась.
– Здесь, возможно, будет жить любимая женщина.
Не жена. Не супруга. Любимая женщина. Геннадий рассказал Саше то, что она уже знала: за горой открываются заводы, вылезают какие-то трубы-коптилки, все строится, заполняется, богатеет. Так что будет еще много Геннадиев и любимых женщин. Саша слушала так, будто ничего такого раньше не слышала, а потом сказала:
– Рада, что у вас появилась возможность пожить здесь. У нас уникальная природа и, в отличие от Москвы, хорошая экологическая обстановка.
– Это пока, – Геннадий засмеялся, Саша притворилась, что смеется.
Саша стала показывать квартиру, обставленную по-каталожному, драпированную бежевым и белым, заполненную искусственными цветами вместо живых. Растения можно потом заменить на настоящие, это вариант интерьера, сказала Саша. Геннадий прошелся по гостиной, зашел в кухню, встал у окна, вгляделся, прилип.
– Как эта горка называется?
– Остапка.
– Миленькая горка.
Саша придушила то, что хотела сказать. Ай! В гостиной что-то разбилось, что-то большое, рассыпалось по полу. Саша вышла из кухни, прошла через коридор, шагнула за порог гостиной. Женя. Стоит у вазовых руин, разлетелись по всей комнате. Женя соединил брови, смотрит Саше через глаза в мозг. Перестань, пожалуйста, сказала Саша. Женя толкает подсвечник, из него вылетает свеча, подсвечник падает и не разбивается, но падает очень громко, потому что металлический, хоть бы не повредился паркет. Позади клиент, Саша услышала, как он хмыкнул, ухмыльнулся как-то оценивающе.
– Он парень с характером, правда?
– Да, с характером. Геннадий, простите за этот бардак, я его сейчас успокою, и мы продолжим осмотр.
Саша шагает к Жене, он продолжает колоть ее взглядом на расстоянии.
– Александра, не волнуйтесь, я уже все посмотрел.
Саша отвернулась от Жени и улыбнулась Геннадию, погладила его улыбкой.
– Постойте, давайте покажу гардеробную, вы не видели.
Женя пнул стул. Стул упал. Громко.
– Александра, у вас все в порядке? Может, нужна помощь?
– Нет-нет, спасибо, все в порядке.
Саша молчит. Гладит его улыбкой. Пожалуйста, не говори ничего Диане, заклинаю, прошу. Саша молчит.
– Ладно, я понял. Вас подвезти?
– Вы так добры, но не стоит.
Тогда на связи, да, на связи, ну, увидимся, я вас провожу, да нет, не стоит, а все же… Прощальное шебуршание закончилось, сделалась тишина, вакуумная, неуютная. Саша зашла в гостиную. Встала, смотрит на Женю. Женя смотрит на Сашу, колет, колет глазами. Собирается залезть в себя, потому что вот-вот начнется, потому что будет громко и обидно.
