Иван Опалин полностью

Побушевав, она схватила бутылку Парамонова и залпом выпила два стакана вина, после чего обозвала его кислятиной и вытряхнула из бутылки в стакан все до капли.

— Душенька, не сердись, — бормотал Косой, увиваясь вокруг нее нашкодившим джинном, который пытается помириться с хозяином. — Душенька, они не нарочно… Они бандитов ловят, ну обознались немножко…

— Не могут отличить бандита от честного человека! — заверещала Александра Львовна, багровея, и опрокинула третий стакан.

— Насилу удалось ее утихомирить, — сказал Парамонов Опалину, вздыхая. — Обидно, конечно. Хотели банду взять, а вместо того… Как там Матвей Семенович?

— Да вроде ничего, — пожал плечами Опалин. — Со всеми расплатился, оставил только на текущие расходы. Уверяет, что никогда еще так легко не расставался с деньгами.

Парамонов прошелся по кабинету, заложив руки за спину, и посмотрел в окно с таким видом, будто ожидал увидеть за ним новый пейзаж.

— Я пока не стану снимать охрану, — сказал начальник угрозыска, поворачиваясь к собеседнику. — Мне кажется, бандиты струхнули, когда увидели, сколько моих ребят готовы дать им отпор. Они отступили, потому что поняли, что ничего у них не выйдет.

— Отступить-то отступили, но мы до сих пор ничего о них не знаем, — хмуро заметил Опалин. — И мне это не нравится, потому что в меня уже стреляли. Второй раз они не промахнутся.

— А ты стреляй первым и не оставляй им шансов, — хладнокровно парировал Николай Михайлович. — Кстати, спасибо за идею насчет портрета Щелкунова. По рисунку художника в одесском угро его опознали. Сегодня как раз получил ответ.

Парамонов взял со стола телеграмму и откашлялся, прежде чем начать читать текст:

— Это Лёва Штык, он же Лев Горбатов, он же Евгений Чугунов, он же Тимофей Бузыкин, он же… ну, дальше еще дюжина фамилий перечисляется… Бандит, многократно судимый, раньше принадлежал к банде Сени Царя.

— А Сеня Царь кто такой? — спросил Иван.

— Да был такой кадр когда-то.

— Налетчик?

— И это тоже. Его расстреляли несколько лет назад.

Опалин задумался.

— А в Ялте есть еще кто-нибудь, кто раньше принадлежал к этой банде? — спросил он.

— Выясняем, — усмехнулся Парамонов. — Думаешь, Щелкунов собрал остатки банды и занял место Сени?

— Да не походил он на главаря, — с раздражением промолвил Опалин. — Я ведь тебе уже говорил, какое он на меня произвел впечатление. Мелкая сошка.

— Они все начинают с мелких сошек, а потом вырастают в крупные, — хмыкнул Николай Михайлович. — Ладно, не кипятись, — добавил он, заметив выражение лица собеседника. — Дело потихоньку раскручивается, мы работаем. Найдем, Ваня! Всех найдем…

— Очень на это надеюсь. Кстати, по архитектору что-нибудь найти удалось?

— По арх… Это ты про Бровермана?

— Ну да. Кто ему по башке дал и в воду столкнул?

— А почему это тебя так интересует? Мы проверили — Броверман никак не был связан с киношниками.

— Но всплыл, когда они снимали на набережной. Не люблю такие совпадения. Вокруг этих людей и так слишком много чего творится.

Парамонов некоторое время изучал лицо Опалина, потом прошел на свое место и сел.

— Броверман жил в Гурзуфе, — сказал начальник угрозыска. — В одном доме с ним обитает его незамужняя сестра, которая занимается хозяйством, и младший брат. Ему на империалистической войне ноги оторвало, он теперь инвалид. С ними Сандрыгайло говорил. Они, кажется, — медленно продолжал Парамонов, поправляя мелочи на столе, — были не очень удивлены, что их брата убили.

— Как это?

— Ну у Сандрыгайло осталось такое впечатление. А еще он говорит, что почти уверен — они знают, кто это сделал, но боятся сказать. Я, в общем, могу тебе протоколы дать прочитать, да только в них ровным счетом ничего нет. Жили дружно — это, впрочем, и местные подтверждают, ничего не знают, никого не подозревают. Однажды брат Максим вышел погулять и домой не вернулся.

— Заявили?

— Нет. Пытались сами его найти. А через пару дней он всплыл, сам знаешь где.

Опалин задумался.

— Съезжу-ка я в Гурзуф, — сказал он. — Дашь машину?

— Не могу, — ответил Парамонов, глядя на него честными глазами.

Машиной сегодня завладела его жена, которой надо было сделать кое-какие крупные покупки, но Николай Михайлович счел, что лишние подробности собеседнику ни к чему.

— Ладно, — сказал Иван, надвигая кепку на лоб. — Ну я пошел.

— Ну пока, — сказал начальник угрозыска добродушно.

— Ну пока.

И Опалин ушел.

Как известно, из Ялты в Гурзуф можно попасть несколькими способами.

Во-первых, на автомобиле.

Поскольку в 1927 году собственная машина — все-таки роскошь, граничащая с безрассудством, то приходится договариваться с местными автоконторами, которые занимаются перевозкой туристов — с "Крымкурсо", "Крымским шофером", "Экспрессом" или кем-то еще.