- Ты-то здесь причём? - князь действительно был озадачен услышанным. Хотя где-то в глубине души ожидал нечто подобное. - Ты что же, паршивец, в думу боярскую вырядился?! Ишь ты, делать он что-то собрался! Вот прикажу выпороть, тогда и будешь дела делать с задницей своей выпоротой, лечить её. - и засмеялся.
- Да это я так, князь-батюшка, - засопел Фролка. - к слову пришлось.
- Ладно. Никто тебя пороть не собирается. Пока не собирается. Ты лучше скажи, купец Малай приехал?
- Приехал, князь-батюшка, приехал. Утром я его на рынке своими глазами наблюдал, правда поговорить не довелось, он тоже народу про Ивановы чудеса рассказывал.
- Ну, с Иваном мы позже разберёмся, а ты вот что сделай: сбегай на рынок, найди купца Малая и скажи ему, чтобы вечером до меня пришёл и так пришёл, чтобы об этом никто не узнал: ни там, ни здесь, в тереме. Сам его встретишь и проводишь. Понял?
- Понял, князь-батюшка, как не понять? Исполню, комар носа не подточит.
- Ладно, нахваливаться. - отмахнулся от Фролки князь. - Да и сам, когда на рынок пойдёшь, скажи Малаю так, чтобы ни одна душа не то, чтобы не слышала, но и не видела. Понял?
- Понял, князь-батюшка. Сделаю.
***
А здесь даже и думать не надо, всё верно было сказано: "...думаете нам, царям, легко?", хоть и сказал это как потом выяснилось, "царь, не настоящий". В самую точку было сказано, видать успел самозванец прочувствовать всю глубину нелёгкой царской профессии.
Судите сами, у царей и у князей (князья, это те же цари, только называются по другому), жизнь будет похуже, чем у какого-нибудь бродяги или забулдыги. Тем же бродягой человек может стать или не стать, то есть выбирать может, если не дурак законченный, а те же царевичи и княжичи выбора такого лишены. За них, причём за сотни лет до их появления не свет, всё было решено, постановлено и утверждено. Вот и получается: родился царевичем или княжичем, извиняй, хоть ты и не виноват, но и мы не виноваты, поэтому, придёт время, рабочее место освободится, садить на трон и царствуй, княжествуй, управляй государством одним словом.
Опять же, что царям, что князьям, зарплату никто не платит, получается, бесплатно работают, а пенсионного возраста и самой пенсии у них вообще нету. Только и требуют все, мол охрани, предоставь, обеспечь, чтобы я жил хорошо и счастливо, ну и богато разумеется. А царю или тому же князю куда деваться? Обеспечивает конечно, ничего не поделаешь, профессия такая.
Все эти рассусоливания к тому, что, ну получается так: цари и князья, они на самом деле как бы две жизни имеют, наверное в виде премии за труд тяжкий и неблагодарный. Одна жизнь, это та, что в нарядных царских одеждах происходит. А вот вторая жизнь, она тоже происходит, только её мало кто видит. Судите сами, взять хотя бы князя-батюшку, он ведь тоже человек. Не будет же он круглые сутки на трое сидеть и государством командовать? Ему и попить-поесть надо, причём сделать это так, чтобы наесться, а не восседать на каком-нибудь пиру и неизвестно кем придуманным всяким там дурацким правилам придерживаться. В баню надо сходить, не будешь же всю жизнь немытым? Ну и конечно же сходить до витру, без этого тоже никак. Кто не согласен с последним, назовите мне хоть одного человека, который до этого самого "витра" ни разу не хаживал?!
Обычно вечером, когда государство более-менее успокаивается, все дела, которые надо было сделать за день, сделаны, у князя и начинается та самая, вторая жизнь. А вот интересно, только сейчас эта мысль голову посетила: у того же князя какая жизнь настоящая, та, которая на троне, или та, которая после трона, в личных покоях, куда посторонним вход строго-настрого запрещён, происходит? Скорее всего, ответа на этот вопрос надо у царей-князей выпытывать. Только вряд-ли они на него смогут дать ответ и не потому, что все такие из себя важные, а скорее всего потому, что и сами толком ответа этого не знают.
***
День, хоть и незаметно, но ожидаемо превратился в вечер, и слава Богу. С делами княжескими и государственными на сегодня было покончено, значит можно и отдохнуть. Ну хотя бы снять с себя всю эту одёжу княжескую, больше на облачение для рыцарского коня похожую. Хоть и блестит и красивая вся, но дюже тяжёлая зараза, и неудобная. Можно переодеться в самую обыкновенную рубаху и такие же порты. Вместо сапог, которые почему-то постоянно жмут, сунуть ноги в самые обыкновенные полуваленки, по щиколотку обрезанные, мягкие и ноге удобные. Да и поужинать можно не так, как принято и чтобы всё красиво выглядело, а так, как нравится и хочется - где ложкой, а где и руками, всё равно никто не видит.
