- Когда будешь с Иваном этим, князем, - царь Салтан усмехнулся. - разговаривать, скажи, что я, царь Салтан, хочу с ним дружбу водить: торговлю торговать, ремесла развивать всякие. Что если доведётся против врага на княжество Иваново напавшего готов на помощь прийти. Ну и кончено, если на моё царство кто нападёт, он тоже должен стремя в стремя со мной встать. Скажи, что на этот счёт хочу я договор с ним подписать. Сам договор уже составлен, вместе с другими бумагами у Самолюба заберёшь. Скажи ему, что договор тот подписывать, полномочия тебе дадены, об этом кстати, в главной грамоте указано. Если кочевряжиться не будет, а я думаю он не будет кочевряжиться...
- Не будет, царь-батюшка, не будет. Куда уж ему супротив тебя кочевряжиться?
- Молчи, не перебивай! Значит подпишешь этот самый договор. Ну а дальше что говорить, сама придумаешь. Видела, что послы передо мной говорят и что вытворяют, вот и повторяй - невелика наука. А самое главное - скажи ему, Ивану этому, что царь Салтан посредством своего посла желает с ним с глазу на глаз беседу иметь. Что хочешь Матрена делай, а чтобы встреча такая в обязательно порядке состоялась!
- Состоится, царь мой батюшка. Куда ж ей деваться, обязательно состоится. - запричитала Матрена Марковна, а саму аж мелкой дрожью затрусило всю от радости.
Матрена сама хотела того Ивана на личную, с глазу на глаз встречу вынудить, и на ней поговорить как следует, без этих всех: "здрасьте-пожалуйста". Прижать его, если вдруг ерепениться начнёт, ну и всё такое. Уж кто, кто, а Матрёна знала, как это всё делается. Но если бы она сама всё это обустраивала, то оно как бы самодеятельностью с её стороны выглядело, а тут сам царь Салтан этого желает, а значит во время того разговора как бы за спиной Матрениной стоять будет, а это вам не гость семечек.
- Знаю, что состоится. Ему деваться больше некуда, поддержка ему нужна, а я для него и есть самая надёжная поддержка, остальные жидковато выглядят.
Намекни ему, тонко намекни, ты умеешь, что мол царь Салтан прекрасно осведомлён о его настоящем происхождении. И что соседние с ним государи хотят войной на него идти. Скажи ему, так и скажи, что без дружбы со мной и моей помощи ему в той войне не выстоять, так что пусть думает. Ну а если будет нос задирать, тогда скажи ему: гонец ко мне от его князя-батюшки с тайной грамотой прибыл. Предлагает князь-батюшка на него и на княжество вместе войной идти: завоевать и поделить то княжество, а самого Ивана без порток на все четыре стороны пустить. Да, скажи перед этим, князь-батюшка предлагает отлупить его как следует, а потом уже на все четыре стороны отпускать.
А самое главное, это уже после разговора о дружбе и союзе, скажи ему: пусть отряжает своих разбойников с тем, чтобы они всё княжество носом перепахали, но отыскали молодую женщину знатного происхождения, а при ней грудного ребёнка, мальчика. Поняла?!
- Поняла, царь мой батюшка, всё поняла, всё исполню, не изволь беспокоиться. - на этот раз Матрёна Марковна кланялась искренне и откровенно.
- Вот и хорошо, что поняла. Ступай.
- Царь батюшка, покуда я буду с посольством ездить, пойдём в лупанарий. Облегчи ты себе душу и сердце, ей Богу, смотреть на тебя, страдающего, невозможно!
- Отстань ты со своим лупанареием! Сказано, не пойду, значит не пойду. - но видать, хоть медленно, но верно, Матрена Марковна своего добивалась и похоже, почти добилась. Царь Салтан немного подумал, а потом, у Матрёны внутри аж что-то ёкнуло. - Если не найдёшь и не привезёшь Царицу с царевичем, тогда пойду в твой лупанарий. Всё, иди!
***
- Матушка, а что это за лупанарий такой?
- Не знаю, сынок, ой не знаю. Наверняка ничего хорошего. Она, Матрена, она вокруг меня всё увивалась, противная такая. Ой, чует моё сердце, она, сыночек нас с тобой в ту бочку и поместила.
А было так: едва царевич Гвидон прошептал заветные слава, Щукой подаренные: "По Щучьему велению, по моему хотению...", ну и так далее, просьбу свою обозначил, сразу же посреди избы как будто целлофан натянули, тонкий такой, которым в магазинах продукты обёртывают, знаете? Царица даже удивиться не успела, как на том целлофане, или чем оно было на самом деле, всё происходившее в горнице царя Салтана и появилось, цветное и со звуком.
Царевич смотрел, ну не то чтобы с удивлением, хотя и это присутствовало, ведь он батюшку своего, царя Салтана, первый раз видел. То, что происходило там и о чем царь Салтан говорил с Матрёной Марковной, царевич Гвидон если и воспринимал, то не очень. Единственное, что он понял более-менее отчётливо - Матрена собирается ехать с посольством к местному князю. Сами понимаете, кто таков местный князь царевич не знал и не ведал, да и откуда ему ведать, если он ни с кем почитай не разговаривал и не только о князе, а и вообще. И ещё он понял, что ему надо будет как-то добраться до стольного города, увидеться и поговорить с этой Матрёной Марковной, объяснить всё, и вместе с ней домой отправится, когда она дела свои посольские закончит.
