А люди Тимофеевы, они что, не люди? Люди конечно. А раз так, им тоже улыбающаяся жизнь полагается. Вот они и заставляли её улыбаться. Бывало остановят какого-нибудь мужичка и с вопросом к нему: "А почему это, мил-человек, ты здесь идешь?" Заметьте, не,куда или зачем, а почему? Ну вот что ты ответишь, когда тебя так спросят? Вот и мужичок тот не знал, что ему отвечать, а потому давал какую-то денюжку и был отпускаем с пожеланиями наилучшей жизни и крепкого здоровья. Так и жили: что люди Тимофеевы, что не Тимофеевы. И заметьте, все были друг другом довольные.
Оно всё это разумеется к царевичу Гвидону никакого отношения не имеет. Это я так, чтобы в курсе были. Пока ехали по городу, встречный народ на всякий случай шарахался в стороны или жался к заборам, наверное денег при себе не было. Но в этот раз людям Тимофеевым было не до прохожих и не до их жалких медяков. Впереди, чуть-чуть ехать осталось, их дожидалась княжеская, и как Тимофей сказал, очень щедрая награда.
***
Приехали. Царевича Гвидона, так в бессознательном состоянии и продолжавшего находиться, погрузили на плечо самому крепкому и тот отнёс царевича в специально подготовленное для него помещение. Никакая это не тюрьма была: вы что, совсем что ли?! Обыкновенная комната. Ну разве что обстановка и мебель не такими богатыми были, как у Ивана Премудрого. Да и зачем царевичу та мебель требовалась, если он бессознательным был? Кровать есть, на чём лежать и дожидаться когда сознание вернётся и на том спасибо.
Сначала Тимофей удостоверился, что привезённый человек, Тимофей не знал, кто он такой, да и какая разница, жив и скоро должен прийти в сознание. Затем, как и обещал, выдал "отважной четверке" обещанную награду и ещё раз предупредил, чтобы не вздумали гулять да веселиться, а находились при полной готовности, мало ли что? Ну а после всего этого Тимофей отправился к князю Ивану Премудрому докладывать о проделанной работе.
***
Несмотря на ранний час, Иван Премудрый находился весь в трудах и заботах - опять писал что-то. Тимофей хоть и относился к грамоте и прочим учёным вещам с уважением, всё-таки не понимал, зачем они нужны, да ещё в таком количестве? Взять к примеру того же князя Ивана Премудрого, почитай каждый день только и занят тем, что сидит, и пишет, пишет. А что он такое пишет? И самое главное - для чего? В большей степени Тимофея интересовало и беспокоило "для чего?", вернее, для кого? А вдруг как кто-нибудь не тот прочтёт, а там, Тимофей в этом не сомневался, и про него написано:
- Князь, твое приказание выполнено. - войдя в княжеский кабинет и слегка поклонившись сказал Тимофей. - Парня какого-то привезли. На крестьянина не похож, хоть и одет по крестьянски.
- Привезли говоришь? - Иван Премудрый оторвался от своего написательского занятия. - А сколько лет тому парню?
- Лет двадцать, может чуток побольше или поменьше.
- Двадцать говоришь? Понятно. - Иван Премудрый вдруг заходил по кабинету, видно было, думает. - Тогда все сходится.
- Что сходится? Объясни раз уж такое дело.
- Всё сходится, Тимофей, всё. Некогда объяснять, скоро сам всё поймёшь. Ах да! - Иван Премудрый как будто забыл о чём-то важном, а теперь вспомнил - не иначе притворялся. - Держи. Заслужил. - и протянул Тимофею кошелёк кожаной работы.
- Благодарю, князь. - на этот раз Тимофей поклонился старательнее, да оно и понятно. - Когда изволишь поговорить с тем человеком?
- Никогда, Тимофей, не изволю. - сказал Иван Премудрый и посмотрел на Тимофея так, что у того аж мурашки по всему телу пробежали. - Без надобности он мне. Пусть в себя приходит. Как очухается, лекаря ему предоставьте, пусть осмотрит. И чтобы охраняли так, как никого и никогда не охраняли.
Ещё. - сумасшедший блеск из глаз Ивана Премудрого куда-то пропал уступив место блеску самому обыкновенному, деловому и повседневному. - Завтра поедете в ту же деревню и привезёте ещё одного человека, что у Старика проживает - женщину, мать этого парня. Понятно?
- Понятно. - склонил голову Тимофей. - Сколько человек отряжать прикажешь? И как ту женщину от жены Старика отличить?
- Поезжайте хоть все, но ты в обязательном порядке должен ехать, чтобы глупости какой не случилось. Ну а отличить, отличите не маленькие. Неуж-то царицу от крестьянки отличить невозможно?
- Царицу говоришь? - задумчиво произнес Тимофей почёсывая затылок. - Ну и дела!
- Дела, Тимофей, великие дела. - согласился Иван Примудрый. - Да, с Емели, механикуса этого и с бабы, Матрёнихи, глаз не спускать! Вплоть до того, что по нужде вслед за ними ходить. Понятно?!
- Понятно, князь. Чего ж тут непонятного? - на самом деле Тимофею ничего понятным не было. Но как обычно полагаясь на смекалку и свой жизненный опыт он не расстраивался: "Время покажет, что, где, как, и сколько стоит". - думал он.
- Всё. Иди исполняй. - сказал, как отрезал Иван Премудрый.
***
