Неподалёку от пристаней, где торговые корабли, и те, кто на них плавал и не плавал, там местечко очень хорошее есть - пляж с мелкой галькой. Место действительно хорошее, потому что безлюдное. А безлюдное оно потому, что в народе слухи ходят, мол нечистое оно, то место. Если положим соберётся какой-либо человек искупаться в том месте или рыбку поудить - обязательно сгинет, к бабке не ходи. Правда никто, даже те бабки, не могли вспомнить, чтобы хоть кто-нибудь сгинул на том пляже, но мнение насчёт нечистоты его происхождения и существования в народе сохранялось и неустанно поддерживалось.
***
И вот, в то самое время, когда люди морским и торговым наукам обученные ещё или уже не спали, на тот самый пляж, который нечистым считается, из моря вышли человек тридцать мужчин. Если бы в тот момент кого-то и угораздило посетить то место, он сразу бы определил, мужчины - сплошь воины, потому как все одеты в кольчуги и шлемы. Построившись в колонну по три человека они направились в сторону города. Шли хоть и казалось бы неспешным шагом, но на самом деле двигались весьма энергично и в скором времени оказались у городских ворот.
Вечно сонная стража, а в это время тем более, была в мгновение ока обезоружена, связана, и уложена чуть в сторонке. Стражники кстати не особо и сопротивлялись, если только так, для порядка. Вполне может быть они даже были благодарны неизвестно откуда появившимся воинам. Теперь им можно было без малейшего стыда за свою лень несусветную заниматься любимым и главным делом их жизни - спать и дремать. Единственное, что немного раздражало, так это связанные руки и ноги. Но никто из стражников не стал ни протестовать, ни буянить. Скорее всего они рассудили здраво и логически: дремать и одновременно изображать из себя охрану ворот стольного города гораздо сложнее и неприятнее, чем дремать со связанными руками. Оставив у ворот охрану из трех человек старший отряда дал команду и блестящие на утреннем солнце кольчугой воины прошли через ворота и углубились в город.
***
Хоть утро и было самым ранним, город уже не спал. В это время он скорее напоминал деревню, нежели чем город, тем более, столичный. В сторону городских ворот, тех самых, по улицам шли коровы, телята, овцы и прочая живность в виде коз и поросят. Сразу было видно, каждой улице полагается свое стадо, а также свой пастух - этакий развеселый парняга, щелкающий кнутом, а когда надоедает щелкать и пугать скотину, играющий в рожок.
Воинский отряд благополучно разминулся с отправляющимися на близлежащие поля домашними животными и вышел на базарную площадь, она же, рыночная. Если на улицах воинами мало кто интересовался, народ подумал: опять какое-то посольство нелегкая принесла, то на рынке обстановка была несколько другой.
В отличии от городских улиц, на рынке всегда обязательно присутствуют люди, которые вроде бы и при деле, а на самом же деле, ничегошеньки не делают. Более того, ворон с галками, ртом, и то не ловят. Увидев воинский отряд, между рыночными бездельниками произошёл краткий обмен мнениями, который неминуемо передался, тем, кто делом занят. В результате рыночная публика побросала все свои дела и уставилась на воинов.
Оно и понятно, дело в том, что князь Иван, при всей своей премудрости, почему-то не озаботился созданием армии, а при князе Руслане её вообще не было. Вся армия Ивана Премудрого, называя вещи своими именами, представляла из себя двадцать человек разбойной наружности с Тимофеем во главе. Конечно же этот отряд ни своей амуницией, ни лицами на Тимофеевых молодцев похож не был. Значит чужие пожаловали, значит интересно, с чем пожаловали?
Один из самых бойких бездельников подбежал было к командиру отряда и не иначе дурачась, строго спросил: "Кто такие? По какому делу?" Командир отряда, мужчина чуть выше среднего роста с окладистой черной бородой не стал ничего говорить любопытствующему, лишь мельком взглянул на него. И у любопытствующего от командирского взгляда почему-то сразу исчезло всякое желание задавать какие-либо другие вопросы. Отряд как шёл, так и продолжал идти по направлению к княжескому терему. А рыночная общественность ещё немного пошумев успокоилась на том, что воинский отряд на разбойников вроде бы не похож, значит грабить не будут. Ну а если грабить не будут, тогда какого, спрашивается, на них обращать внимания? И без них дел полным-полно. И лишь древняя старушка неизвестно зачем и каким образом оказавшаяся в столь ранний час на рынке, глядя на воинов сказала:
- Черномор пожаловал. Он самый, Черноморушка. Я девчонкой ещё была, мне моя прабабка рассказывала. Сказывала, княжество наше Черномор со своими богатырями от бед и напастей всяких охраняет. Видать Иван этот, Премудрый, и есть беда с напастью, если сам Черномор пожаловал.
Но как это часто бывает, сказанное старушкой никто не услышал, да и не слушал, говорю же, некогда людям, все делом заняты.
***
