– Ты кому чифирь заливаешь? Скажи: он сам нас позвал. Через Тетеря.
Бритоголовый оглядел нас с головы до ног. Потом закатил глаза, словно что-то подсчитывая, сам себе молча кивнул и, затушив сигарету, пошёл по коридору.
– Ты где набрался этой фени? – шёпотом обратился я к довольному собой Суслику.
– У меня сосед сидел. Помнишь, лысый такой, из квартиры напротив? Он ещё с мамашей живёт. Попросил его провести краткий курс блатного жаргона.
– Сейчас нас тут набутылят из-за тебя и твоего лысого соседа, – покачал я головой, досадуя, что не предусмотрел такой исход дела. А с Вовкой нужно всегда быть начеку.
Через пару минут задумчивый охранник вернулся и кивком головы сделал знак следовать за ним. В коридоре было темно и прохладно, мы прошли прямо, потом повернули налево и сразу упёрлись в двухстворчатую деревянную дверь. Бритоголовый развернулся и пошёл назад, давая понять, что теперь мы должны разбираться сами.
– Ты только молчи, ладно? – обратился я к Суслику. Тот уже прочищал горло для новой порции перлов из жизни воров.
Постучав и не дождавшись ответа, я потянул дверь на себя. Гулиев (а я уже догадался, что это он) сидел на диванчике, словно сам себя позвал в гости. В руке – чашка, на коленях – газета. Выглядел внушительно, но страха не вызывал. Никаких смешных атрибутов бандитской моды: кожаных пиджаков, золотых котлов. Я бы даже сказал, что он был одет вполне элегантно: неброский свитер и тёмные брюки.
Он бросил на меня беглый взгляд, потом перевёл его на Суслика. И уставился на мятую рубашку приятеля.
– Классная, правда? В секонде взял за копейки, – обрадовался тот, заметив внимание.
Гулиев сдавленно хмыкнул. В кабинете стояла полная тишина, даже шум улицы почти не проникал сюда. В такой тишине у меня начисто стёрлась из памяти заготовленная речь. Я уставился на раскачивающийся маятник на его столе.
– Усыпляет? – первым подал голос Гулиев.
– Зачем вы нас сюда… позвали?
– Вы на кого работаете? – вопросом на вопрос ответил он, продолжая разглядывать нас.
– В смысле работаем? Я работаю в морге, а Вовка вообще не работает.
Последний, услышав такое о себе, изрядно оживился:
– Кстати, вам не нужен спортивный тренер? Персональный. Бицепс там, трицепс. Готов спорить, при таком образе жизни у вас слабая икроножная…
– Так, Вовка, или как тебя там, ты что, бессмертный? – прервал его Гулиев. – Видишь, нам с Иваном поговорить надо. Или тебя плохо воспитали?
Гулиев говорил в бодрой манере радиодиктора из «Стола заказов», но Вовка всё равно быстро понял, что шутить не стоит. И, пятясь к двери, пробормотал:
– Не-а…
– Вот и правильно. Иди. Сейчас мой секретарь принесёт тебе печеньки. Погрызёшь.
Нажав кнопку на телефоне, он коротко проинструктировал своего секретаря. Суслик вышел, и Гулиев снова повернулся ко мне и жестом предложил садиться.
– Икроножная слабая, – проворчал он. – Я и так тренируюсь, занимаюсь ежедневно. Вон, видал, какая у меня приставка? Между прочим, Россия стала первой страной в мире, которая признала киберспорт официальным видом спорта.
– Не обращайте внимания. У Суслика талант шутить не к месту.
– О твоих талантах я тоже наслышан. Ты у нас теперь вроде знаменитости. Судьбу испытываешь? Судьба – злодейка. Слышал такое?
– Тетерь донёс?
– Тетерь у нас кто? – словно пытаясь что-то вспомнить, прищурился Гулиев.
– Ну, длинный такой, возле «Мельника» отирается.
– А-а-а. Припоминаю. Я же с людьми «на земле», так сказать, не работаю. Для этого есть персонал. Но да, информация пришла с улицы. Слухи быстро распространяются. Я ведь раньше не верил. Думал, врут, гады. Но потом со стороны морга всё чаще новости долетать стали. Сколько криминальных трупов уже помог раскрыть? Следаку радость, что дело сделано, он даже не подумал, откуда простой пацан столько всего мог узнать… Или ты как-то связан с тем типом, что резал проституток?
– Нет, конечно! Это просто совпадение. Когда труп принимали, я заметил, что на ладони отпечаток. Как будто крест.
– И что?
– Значит, она хваталась за кого-то, когда её душили. Вот я и сказал об этом следователю. А тот уже размотал по цепочке. Может, обобщил показания всех свидетелей, так и вышел на одного из сутенёров.
– А ты знаешь, Иван, что гад этот на меня работал? И что он мог меня порядком подставить?
– Когда приехали его арестовать, нашли повешенным, – заметил я.
– Ага. И снова к моим людям вопросы. Не мы ли ему рот заткнули?
– Может, совесть человека замучила?
– Или кто-то постарался, чтобы он уже ничего не успел рассказать. Ни моим людям, ни милиции. Ладно, тут ты, Иван, попал пальцем в небо. Ну а второй случай?
– Там один наркоман другого пырнул за дозу. Ещё проще. Я просто знаю, где они чаще всего собираются, вот и подсказал следователю.
– Да ты у нас прямо вундеркиндер. Знаешь, что интересно? Кто у нас стал героин такими партиями возить? Ведь не было. Залётные иногда проскакивали, но их быстро учили уму-разуму. А при обыске у того, который товарища пырнул, нашли товара на большую сумму. Только он был обычный распространитель.
– Так пусть его допросят.