– Меня-то они не видели, вот я и засел на качелях неподалёку. Всё равно слонялся по городу без дела. Видел, как они вещи в грузовик носили. И покатили к трассе на Рыбинск. А я за ними.
– Рехнулся совсем? На моцике?
– Я же держался на расстоянии, машин днём много было. Но видел, куда они свернули с трассы. За ними ехать я не рискнул. Спрятал моцик в лесу и немного пешочком прошёлся. Пока шёл, увидел, как грузовик назад возвращается. Значит, это где-то недалеко. Давай съездим, осмотримся. Надо взять фотик, фонарь, нож какой-то.
– Слышь, Индиана Джонс, ты загнул.
Когда-то дед говорил, что именно рабочий азарт и выброс адреналина помогают следакам по «горячим следам» раскрывать даже сложные уголовные дела. Наверное, этот адреналин и погнал нас с Сусликом в лес, несмотря на всю абсурдность такого поведения. Лене я не звонил, потому что всё ещё ужасно злился.
Нам везло: Димке так понравилось рыбачить у деда, что он не спешил в город и с удовольствием проводил свой отпуск в деревне без тачки. Поэтому к месту, что запомнил Суслик, мы подъехали на машине брата и приткнули её у обочины.
Потом пошли вперёд по еле заметной в траве грунтовке. Вдалеке виделся уже не пролесок, а вполне густой лес, вот за ним, скорее всего, раньше и находились какие-то постройки. Точного направления мы не знали. Идти по дороге было опасно: можно было наткнуться на тех, кому лучше нас не видеть. Суслик, похоже, неплохо ориентировался. Знать бы ещё, что мы ищем? Пока мне очень нравился вариант с заброшенной деревней, где мошенники решили сделать что-то вроде «санатория» для больных.
Сюда пока ещё проникали скудные лучи заходящего солнца, но мы надеялись, что скоро стемнеет, и не сильно спешили. Чем дальше шли, тем больше бурелома попадалось. Под ногами теперь лежали даже целые засохшие деревья, ветром вырванные с корнями из земли.
Выглядело это жутковато. Сложно поверить, что когда-то поблизости могла кипеть жизнь. Поплутав с полчаса, мы поняли, что теряем время, и решили разделиться. Условились вернуться к дороге через полчаса, узнав друг друга по свисту.
Я пошёл направо, и уже через десять минут до меня донёсся острый запах воды, потянуло свежестью. Так как мы предварительно изучили карту, я знал, что здесь рядом протекает река.
Когда-то дед рассказывал мне, что первый признак заброшенной деревни – лиственная растительность. Обычно на урочищах вырастает именно она, и только потом появляются хвойные деревья. Так как здесь лес был хвойным, я сразу обратил на это внимание даже в темноте. Деревья немного расступились, и я рассмотрел некоторое углубление прямоугольной формы. Посветил фонариком и заметил камни, кирпичи, похожие на остатки кладки печи.
Наверное, прямо у меня под ногами располагался каменный фундамент. Да и тот был практически не виден под лесной подстилкой. Когда-то здесь находился жилой дом, но потом его разобрали и от этого дома совсем уже ничего не осталось.
И тут чуть сбоку я заметил какое-то строение, напоминавшее погреб. Для разваленного здания он выглядел неплохо, сохранилось даже деревянное крепление, на котором когда-то держалась дверь. Никогда не верил фильмам ужасов с этими их внезапно появляющимися воронами. Но тут какая-то птица неподалёку отвратительно поздоровалась со мной звуком, напоминающим треск рвущейся ткани. Я вдруг ощутил ещё один запах, точнее сказать, тяжёлый смрад. Как-то я ночевал у одной девчонки пару дней подряд, у неё на столе в вазе стояли цветы. И вот от этой воды запах был примерно такой же тяжёлый.
Если до этого момента я ещё кое-как мог справляться с эмоциями, то сейчас окончательно перед ними капитулировал. Щёлкнул фонарь, рискуя привлечь к себе внимание, но иначе я не понял бы, как подобраться к источнику странного запаха.
Вокруг этого погреба, поросшего мхом, разросся какой-то колючий кустарник. Высокие сосны смыкались здесь своими куполами. И было тихо, так тихо… Вход вблизи оказался завален толстенными ветками, брёвнами и досками. Так как меня непреодолимо туда влекло, мне в одиночку предстояло раскидать весь этот бурелом.
Луна, похожая на кривую половинку лимонной дольки, равнодушно наблюдала за моими мучениями на земле. Я пытался отдышаться, но при этом не вдыхать. Так себе занятие, скажу я вам. Теперь уже намного дальше резко вскрикнула напуганная кем-то речная птица. Где, интересно, носит Вовку? Нашёл ли он какое-то человеческое жильё? Куда-то же грузовик всё-таки ехал?
Логичнее было бы сначала найти приятеля, а потом вместе обследовать погреб. Но мне казалось, что, если я отойду от этого места хоть на пару шагов, оно немедленно скроется в потусторонней дымке стремительно темнеющего мира. Наконец я проделал себе отверстие достаточное, чтобы влезть внутрь.
Глубоко вдохнув, словно перед прыжком в воду, я пригнулся и полез в чернеющую дыру. Ступени были целыми, и я спустился вниз. Выдохнул, только оказавшись внутри.