– А... Не знаю... Мне кажется, я ей совсем неинтересен. Равнодушная она какая-то... – пригорюнился Иван.
– Это я равнодушная?! – вспыхнула царевна в своём укрытии. – Да я же на море загадочно смотрела! На закат вздыхала! Сам ты равнодушный! «Пойду подежурю, пойду подежурю!» – передразнила его Василиса, махнула рукой и медленно отправилась обратно. – Равнодушная... Надо же! – негодовала она.
Уже ночью Иван вернулся на пляж. Выбравшись из зарослей, он с изумлением обнаружил, что Василиса сидит на корточках и раздувает слабый костерок. Девушка подняла голову.
– Вот, костёр развести решила, – хмуро пояснила она.
– Я догадался, – осторожно ответил Иван, не зная, как на это реагировать.
Василиса поднялась на ноги и неуверенно предложила:
– Может... картошки запечём?
– Что?! – неподдельно поразился тот.
Губы у царевны дрогнули. Она тут же схватила палку и начала рушить костёр.
– Ничего! – сердито пробурчала она.
– Погоди, погоди, Василиса! Зачем? Давай рыбу пожарим? – предложил Иван, отнимая у неё палку.
– Не хочу я никакую рыбу! – со слезами заявила девушка.
– Ну, а где же мы здесь картошку возьмём? – совсем растерялся царевич.
Василиса поглядела на запачканные сажей ладони и всхлипнула:
– Не знаю...
Она подошла к воде помыть руки, но внезапно громко закричала. Иван бросился к ней:
– Что? Змея? Акула? Укусила?!
– Сумочка! Моя сумочка! Представляешь, её волной принесло! – радостно объявила Василиса, изучая содержимое саквояжа. – Так, подмокла, конечно... Туши и тональника нет...
Она торопливо выбросила из сумочки всякие женские штучки да парочку успевших забраться внутрь маленьких крабов и с восторженным криком вытащила зеркальце. Протерев его снаружи, она откинула крышку и провела пальцем по отражению, которое послушно зарябило.
– Работает, представляешь?! – ещё сильнее обрадовалась она. – Сейчас папе позвоню!
Василиса отошла в сторонку для разговора, но, обернувшись, наткнулась на настороженный взгляд Ивана и замерла.
– Я скажу ему, что мы вдвоём тут, – робко сказала она. – И что ты спас меня... Можно?
Иван только пожал плечами. Василиса отвернулась и не увидела, как из воды высунулся Волк с аквалангом и показал царевичу большой палец.
В Тридевятом царстве тем временем поселилось уныние. Царь нервно расхаживал по кабинету, Кайзер устроился в кресле, а где-то в уголке грустил Порфирий, стараясь казаться незаметным.
Кайзер задумчиво щипал ус и разглагольствовал:
– Очень у вас тут всё нравится мне. И просторы большие, и всё так душевно устроено. И особенно – что средств хватает. Вместе мы могли бы и политически, и экономически, так сказать... Ух, как могли бы! Но помилуйте, Ваше Величество – однако ж третий день пошёл! Это уже какой-то рекорд мира по прихорашиванию.
Царь виновато улыбнулся.
Скрипнула дверь, и в кабинет вошёл Кот. Наткнувшись на свирепый взгляд государя, учёный развёл лапами:
– И Волка нигде нет...
– Что?! – взревел Царь и погрозил Коту кулаком. – Вот я вас! Распустились... никого на рабочем месте не найти!
В этот момент стоящий где-то в углу самовар начал вибрировать. Царь бросился к нему и подоспел как раз вовремя: на блестящем боку появилось изображение Василисы, а потом сквозь помехи послышался её приглушённый голос:
– Папа! Папа!
– Ты где вообще? – прошипел Царь, недовольно глядя в самовар.
– Я... на... острове!
– На каком ещё острове?
– Что такое? – заинтересовался Кайзер, подняв голову.
Царь обернулся к нему и совсем другим тоном проговорил:
– Ничего, ничего. Это Василиса. Она уже... э-м-м... Немедленно домой!! – заорал он, не выдержав.
К самовару подошёл заинтригованный Кайзер и тоже уставился на блестящий бок.
– Не могу... вернуться... корабль... утонул... А меня Иван спас, папа! – успела проговорить Василиса, прежде чем связь прервалась и изображение исчезло.
– Какой корабль? – растерялся Царь.
– Какой Иван?! – рявкнул Кайзер, ударяя кулаком по столу. – Не потерпим никакого Ивана!
– Я знаю Ивана, – подал вдруг голос Порфирий. – Это достойный человек.
– Что?! – в один голос воскликнули правители.
Царь тоже стукнул по столу и отдал Коту распоряжение:
– Живо сюда, этих... в чешуе, э-э... как жар горя... Богатырей! И корабль мне! Живо! Немедленно!
Василиса растерянно посмотрела в погасшее зеркальце, а потом подошла к Ивану.
– Связь плохая... Но поговорить успели, – сообщила она и снова уселась у костра.
Парень молчал, как ни в чём не бывало помешивая угли.
– Тебе даже не интересно, что я сказала? – не выдержала Василиса. – И что он ответил?
– Ну, ты сказала, что мы вместе... – мрачно отозвался Иван. – И что я тебя спас...
– Да! А на самом деле это я тебя спасла! – обиженно сказала царевна. – Потому что не обязательно всё время мужчине быть героем, женщины ничуть не хуже, вот!
Иван снова ответил молчанием, невозмутимо ковыряя палкой в костре.
– И вообще, почему это я должна делать первый шаг? – нервно продолжала девушка. – Мог бы хоть цветы подарить!
– Хорошо.
Парень отбросил палку и направился в сторону джунглей.
