Потрескивал угольками костер, изредка выстреливая снопом искр, высоко в небе блистали звезды, и виднелся бледный серпик луны, пахло свежескошенной травой (вечером немного накосили лошадям), засыпая, всхрапывали кони, потихоньку переговаривались наши люди, устраиваясь на ночлег. Я сама не заметила, как задремала. Сквозь сон только почувствовала, что меня поднимают и несут на руках, чуть покачивая, как на лодке, осторожно кладут на разложенный мягкий диван в коляске и бережно подтыкают одеяло под бока. И было так приятно и сладко, что я и глаз не открыла, а то ещё поймет, что не сплю и поставит на землю. А тут в кои-то веки симпатичный мне мужчина носит меня на руках! Такой шанс упускать нельзя!
Выехали мы в сторону города, только чуть забрезжил рассвет, хотели миновать жару, да и торговлю начать пораньше. В Вязьму приехали, только солнце встало. Сразу же проехали в нумера мадам Грицуевой, прошлый раз осталось хорошее впечатление от них. Мадам захлопотала, устраивая нас. Взяли четыре господских нумера и места в людских комнатах для наших людей.
Я сразу спросила у хозяйки, не топится ли у нее сейчас на кухне печь и можно ли сварить там чугунок картошки? Получив разрешение, отправила чистить и варить картошку Веру. Хоть Вязьма и не наша глухомань, но на всякий случай готовый продукт покажем.
Мадам предложила к вечеру истопить баньку в саду за домом.
— По-черному? — сурово спросила я
Мадам возмущённо заклохтала:
— Как можно, барышня? Господская у меня баня, господская! Чай, понятие имеем, у меня люди благородные останавливаются! А пока освежиться у себя в нумерах не желаете?
Мы желали, да ещё как! Умывшись и переодевшись в чистые платья, спустились вниз. Как раз и Вера подошла с чугунком горячей картошки. Укутав чугунок в тряпье, чтобы быстро не остыл, двинулись на местный рынок, его расположение мы видели прошлый раз. По пути в трактире, только что открывшемся, купили несколько караваев ещё горячего хлеба.
Места нам достались далеко не самые лучшие, но и не самые последние. Мужчины помогали выкладывать товар, не гнушаясь не барской и не мужской работой. Мы с Верой торопливо строгали салат из зелени и редиса, заправляли сметаной, резали на ломти караваи, кусок бекона тоже строгали на мелкие пластики. В глиняную миску накладывали маринованные огурчики. И, наконец, апофеоз! Выкладываем на блюдо горячий картофель, добавляем приличный кусок масла, посылаем мелко порезанной зеленью.
Запах пошел такой, что мы все невольно шумно сглотнули голодную слюну. А соседи по прилавкам вытянули шеи, пытаясь разглядеть, что там у нас такое. Не выдержав, своим людям и нам тоже отмахнула по куску хлеба, по куску окорока, огурчик и парочку небольших картошек. Иначе голодный обморок обеспечен. Потом можно и в трактир сходить, но пока надо быть здесь.
И торговля началась. Как раз успели отведать свои бутерброды. Покупатель шел на запах. Пробовали охотно, не менее охотно и покупали. Маленькие деревянные щепочки-ложечки и дощечки только успевали доставать из мешочка. Окорок ушел влёт, даже и не успели им поторговать, хорошо шел и бекон, копчёные куры. Овощи разбирались хозяйками, пришедшими на рынок. С покупками продуктов шли и корзинки сыновей управляющего.
Но особо надо выделить нашу новинку — леденцы и ириски. Петушки на палочке и ранее продавались, но они были, так сказать, а-ля натюрель, просто растопленный сахарный сироп. Я же немного подкислила его и подкрасила соком ягод вишни, черники, голубики. А шпинат дал яркий зелёный цвет. Да и леденцов с вишней внутри почему-то никто не делал. Не говоря уж про ирис. Он должен появиться в России лет этак через сорок. Так временной анахронизм у нас.
Вначале матери семейств покупали наши леденцы своим канючившим отпрыскам, потом, видимо, испробовав сами, возвращались к прилавку и покупали и с вишней внутри, и мелкие монпансье на развес. Давала я пробовать и по маленькому кусочку ириса. Жалко, но я делила кубик ириски на несколько пластиков. Жаба душила, если честно. Испробовав, покупали плитками, но я меньше плитки и не продавала.
Неожиданно к прилавку протолкался мужик благообразной, купеческой внешности. Оказалось, владелец чайной. Он желал скупить все мои сладости разом. Покупатели недовольно забухтели, но "чайханщик" настроен был решительно и забрал весь товар, не торгуясь, по той цене, что я продавала. Отозвав меня в сторонку, он поинтересовался, а могу ли я ещё поставлять такой товар, минуя рынок, прямо в чайную к нему? В цене не обидит. Большой разницы мне не было, зато выгода была — не стоять за прилавком, сдать все оптом. Тем более, я планировала и яблочный зефир, и пастилу, и просто обычное печенье квадратиками печь.
