— Из всего странного дерьма, что случилось со мной за последнее время, это, наверное, самое странное.
Он игриво закатил глаза, глядя на меня.
— Садись. — Он кивнул в сторону заднего сиденья, и несколько прядей волос упали ему на брови.
Все еще не веря своим глазам, я подошла к мотоциклу. В своей жизни я ездила на мотоцикле всего раз или два. В тех редких случаях, когда отец брал его для работы, он иногда позволял мне сопровождать его в короткой пробной поездке, когда я была младше. Но это было совсем другое дело. Немного неуверенно я встала на подножку, положила руки на плечи Майло, чтобы не упасть, и перекинула ногу. Именно тогда я не знала, что делать с руками. Я колебалась, стоит ли обнимать его за талию, и не ожидала, что почувствую себя в тепле и безопасности, обнимая его. Он ничего не сказал и не стал дожидаться, пока я устроюсь. Легким движением руки, нажав на педаль газа, Майло погнал мотоцикл вперед, и мы тронулись с места.
Огни города проплывали мимо, и морской бриз в сочетании с порывами ветра от нашей скорости развевал мои волосы. Я опустила лицо ниже, ближе к его спине, когда ночной воздух охладил меня. Только на полпути осознала, как крепко держусь за него. Я поняла, что рада этому предлогу, чтобы прижаться к нему так близко.
Я подняла голову ровно настолько, чтобы заметить луну, почти полную, — белый светящийся шар над нами был больше обычного, когда мы пролетали над мостом. На дорогах не было обычного движения, и все, кроме нас, казалось, замерло. Я до сих пор даже не знала, который час.
Притормозив, он остановил мотоцикл перед кампусом. Я спрыгнула, когда он поставил мотоцикл на подножку. Парень остался сидеть на коричневом кожаном сиденье мотоцикла и смотрел на меня снизу вверх. Я не могла подавить в себе мысль о том, как привлекательно он выглядел здесь, в лунном свете, верхом на темно-бордовом «Triumph», с растрепанными ветром волосами. Было трудно подавить желание запустить в них пальцы, но я взяла себя в руки.
— Хорошо, ты согласилась, что если я расскажу тебе все, ты отдашь мне ожерелье. — Он протянул мне раскрытую ладонь.
Чуть не заикаясь, я выдавила:
— Ну… это не совсем то, что я сказала. Я сказала, что мы поговорим об ожерелье.
— Ах, да, конечно, ты так и сказала, — саркастично произнес он.
— Таков был уговор. — Я постаралась, чтобы голос звучал как можно тверже, сдвинула брови и смерила Майло убийственным взглядом.
— Вполне справедливо, но ты должна понимать, что подвергаешь себя опасности. Если ни я, ни Беллами не вернемся с чешуйками, Вальдес вполне может отправиться на поиски сам. Тебе нельзя находиться ночью у воды. Он не должен знать, где тебя найти. Беллами не подаст виду, что знает. Он заставил Вальдеса думать, что он на его стороне, но я не знаю, как долго это продлится.
— Звучит достаточно просто, — согласилась я.
— Для тебя, — произнес он. — С другой стороны, меня, вероятно, ждет хорошая порка, если они узнают, что я помог тебе.
Я покраснела, когда почувствовала последствия его косвенного чувства вины.
— Я хочу помочь тебе, Майло. — Мои слова прозвучали почти шепотом. Я вытащила ожерелье из тайника под рубашкой, с нетерпением ожидая, что он сделает, когда оно окажется в поле зрения. — И помогу, но я должна попытаться спасти маму и пока не попробую, я не могу просто так его отдать. — Я сжала ожерелье в ладони. Он даже не вздрогнул, когда я убрала его. — У меня много вопросов и слишком мало ответов. Это единственная зацепка, которая у меня есть.
Он поднял руку и потер затылок, отведя в сторону свои темно-медовые локоны, он сжимал челюсти в легком напряжении. Казалось, он задумался, прежде чем заговорить снова.
— Я почти ожидал этого и понимаю. Если это реально, то оно может обладать той силой, которая тебе нужна. И, возможно, в следующей жизни меня ждет какое-то искупление, если я смогу с честью покончить с этим проклятием. Я не буду отнимать его у тебя силой. — Теперь его взгляд был прикован к моим глазам, и его слова обрушились на меня, как океанская волна, проникая в самую суть. Ему было так легко доверять, даже несмотря на предостережение Беллами, звучавшее в голове. Мгновение мы смотрели друг на друга, и я изо всех сил пыталась разобраться в нахлынувшей на меня волне эмоций.
Почему меня так тянуло к нему? Я хотела быть рядом с ним, прикасаться к нему. Но мне пришлось напомнить себе об одной вещи, которая могла создать проблему.
Он чертов призрак, Катрина.
— Пожалуйста. — Он снял напряжение своим неожиданным сарказмом, повысив тон.
— Ты странный пират, — произнесла я, все еще глядя на него.
— Что ж, может, тебе стоит порадоваться этому. — Он ухмыльнулся. — Но моя склонность избегать убийств и мародерства точно не делает меня очень популярным среди остальной команды.
— Прости. — Я стала серьезной. — Неужели все будет так плохо, когда ты вернешься?
