— Возможно. Но им необязательно знать, что я нашел тебя. — Он прищурил глаз и прикусил губу. — И нет ничего такого, через что я не проходил бы раньше. Я всегда придумываю, чем прикрыть свою задницу. — Последовала пауза. Выражение моего лица выдало беспокойство. Он почти нервно потер плечо. — Не волнуйся. Они точно не смогут меня убить.
— Ладно, послушай. — Я устало вздохнула и смирилась с тем, что откажусь от чешуи, если это поможет снять его проклятие… при одном условии. — Если ты поможешь мне понять, откуда взялась эта штука, и как я должна ее использовать, чтобы помочь маме, тогда… — Я не смогла подобрать слов, чтобы закончить предложение.
— Ты не обязана давать никаких обещаний, Катрина. Уверен, как только ты узнаешь правду, какой бы она ни была, ты поступишь правильно. — Его голос заглушал низкое урчание мотоцикла.
Почему он так сильно верил в меня? Я не была лучшей в принятии правильных решений, особенно в последнее время.
— Узнай, что тебе нужно. Скорее. Я выиграю немного времени, собью команду с твоего следа, — сказал Майло. — Потом позвони мне.
Я вопросительно посмотрела на него.
— Под этим я подразумеваю, что, когда ты будешь готова, оставь мне сообщение, которое только я смогу распознать, под пирсом. На второй балке слева. Очень важно, чтобы ты ходила только днем. Я найду его ночью, когда начнется прилив, и найду тебя.
— Ну, а что такое, что можешь узнать только ты?
— Хм. — Он посмотрел вверх, на небо, затем снова на меня. — Ты помнишь наш разговор о звездах на острове?
— Конечно.
— Сможешь нарисовать восьмиконечную звезду?
Я чуть не рассмеялся.
— Я изучаю искусство! Да, я могу нарисовать звезду.
— Отлично. — Он наклонил подбородок. — Нарисуй звезду на луче, и я буду знать, что это ты. Вот, например, так. — Он закатал рукав, демонстрируя ту же татуировку в виде Полярной звезды, что и у Беллами.
Я подумала, не знак ли это экипажа.
— У Беллами была такая же татуировка, — отметила я. — Что это значит?
— Это защита. Что-то вроде талисмана на удачу. Он служил нам маяком надежды, когда мы сталкивались с опасными водами. Он всегда вел нас в безопасное место.
Я кивнула, тронутая его словами.
— Хорошо. — Я сделала глубокий вдох. — Откуда ты знаешь, что я это сделаю?
— Не знаю, — прямо заявил он. — Просто надеюсь, что ты это сделаешь. А если нет, возможно, мне все-таки придется тебя убить.
Я подумала, что он шутит, но все равно наблюдала за ним недоверчивым взглядом.
— Последняя часть была шуткой. — Он ухмыльнулся. Я игриво шлепнула его по руке.
Я хотела, чтобы он задержался подольше, расспросить его о большем, но он просто поднял подставку для ног, прежде чем я смогла вымолвить хоть слово.
— Поторопись, потому что я не могу гарантировать твою безопасность надолго. А пока прощай, Катрина. — И с этими словами он исчез в ночи, оставив меня стоять перед Восточным крылом общежития кампуса.
11. В пучине
Поворачивая медную ручку двери общежития, я прокручивала в голове воспоминания о разговоре с Майло, все еще не в силах прийти в себя от невозможности всего этого. Но, прожив это, я не могла отрицать реальность происходящего.
Когда вошла в темную комнату, мое внимание привлекло слабое свечение часов на микроволновке, и поняла, что уже почти час ночи. Я предположила, что МакКензи спит, поэтому постаралась как можно тише прокрасться на цыпочках в ванную, но с ушибленной лодыжкой было трудно оставаться незамеченной.
Тихонько приняв душ, я свернулась клубочком в постели, натянув на себя одеяло. Я вспомнила, что одеяло, которое дал мне Майло, все еще лежало в изножье моей кровати, и потянулась, чтобы накинуть его на себя. И неохотно призналась себе, что нахожу Майло привлекательным во многих отношениях, и теперь, когда он ушел, какая-то часть меня жаждала снова оказаться рядом с ним. Наши разговоры эхом отдавались в голове, когда я позволила воспоминаниям о его сильном, но успокаивающем голосе убаюкать меня. Я обхватила пальцами его одеяло и вдохнула запах соли и янтаря.
Однако мрачная мысль прервала мои фантазии, когда я рукой коснулась ожерелья, которое вновь повесила на шею. В конце концов, мне придется позвонить отцу и спросить об этом «чешуйчатом» ожерелье. Я не могла придумать никакой другой отправной точки. Страх нахлынул и прогнал мечты о Майло.
Мне показалось, что я пролежала без сна целую вечность, планируя, что скажу папе, когда позвоню. Мог ли он знать, что подарил мне? Он ли вообще мне это отправил? Что-то подсказывало, что здесь что-то не так, но я не хотела в это верить.
В конце концов, вопросы исчезли, когда я погрузилась в тяжелый сон, но это длилось недолго. К моему несчастью, в эту ночь мне снились плохие сны.
Но на этот раз это был кошмар другого типа. Новый. Надо мной нависла тень, и я не могла пошевелиться, чтобы убежать от нее. Она нависала надо мной, пока я спала, но каким-то образом я видела, что она наблюдает за мной.
