Святой Алан, выходит, Альдо не король? Ведь Эрнани отрекся не только за себя, но и за сына, и за его наследников. И все из-за Придда! Если б не предательство Эктора, король не утратил бы последнего мужества. Вот кто истинный виновник! Маршал, поднявший руку на своего сюзерена. Эпинэ с Алвой просто выполнили приказ Эрнани. А герцог Окделл? За кого он погиб?! За уставшего жить труса, у которого не хватило мужества даже на последний удар.
Сюзерен был прав, когда говорил об одном Эрнани, но он не знал, что и второй его предок был слаб и болен не только и не столько телом. Пусть кэналлиец не предал короля, а выполнил его приказ, это ничего не меняет. Измена все равно была, как и подвиг. Измена Придда и подвиг тех, кто спасал Талигойю вопреки воле обезумевшего сюзерена. Спасал и погиб.
Чтобы хоть как-то прийти в себя, юноша взялся за второй документ. Он был совсем коротким.
«
– Дикон, – рука Альдо легла на плечо Ричарда, – чем ты тут занят?
– Вот, – юноша молча указал сюзерену на стол с письмами. Сил говорить у него не было.
Как назло, Альдо первой схватил записку самого Дика, которую растерявшийся от свалившихся на него откровений юноша забыл разорвать. Альдо присвистнул, сорвал с шеи золотую с опалами цепь и надел на Ричарда.
– Это орден Найери. Я собирался объявить о его учреждении в день коронации, но ты меня поторопил.
– Ваше ве…
– Альдо, – перебил Ракан. – Орден Найери – орден тех, для кого жизнь сюзерена дороже собственной. Кавалеры Найери получают привилегию называть своего короля по имени. Везде и всюду. Ты это заслужил.
– Я… – Ричарду показалось, что нужно что-то объяснить. – Альдо, оттуда и вправду выскочила иголка…
– Слава истинным богам, с тобой ничего не случилось, – сюзерен нахмурился, – ты мне нужен живым и здоровым, понял?! Так что следующий раз шкатулки будут открывать те, кто доказывает свою преданность в приемной, а не на поле боя. Хоть какой-то толк от них будет. А ну, покажись!
Ричард с готовностью вскочил. Он был горд наградой и немного стеснялся. Если б не завещание, это было бы счастьем.
– Отлично, – одобрил сюзерен, – ювелир и впрямь мастер своего дела. Представляешь, я шел и думал, за какие заслуги и кому вручать эту красоту, а тут – ты со своим ядом! Это судьба. Бери перо, будем устав сочинять. Пиши: «
– Альдо, – нерешительно произнес Ричард, понимая, что сейчас прогонит чужую радость и покой. – Альдо, здесь завещания… Узурпатор и Эрнани, оказывается… Ну, то есть узурпатор никакой не узурпатор!
– А ну, дай, – лицо Альдо посуровело, – посмотрим, что мой предок намудрил.
Альдо читал, Ричард ждал, заставив себя отвернуться. Как страшно узнать, что запертое в Багерлее жирное ничтожество в самом деле – законный король, а ты всего лишь потомок добровольно отрекшегося калеки… Что же теперь будет? Отыграть назад невозможно! Пусть Оллары и были законными королями, это не умаляет крови, пролитой за свободу и Честь.
– Робер не должен об этом знать, – Альдо с ненавистью бросил на стол исписанные листы, – и уж тем более об этом не должен знать Левий. Ты меня понял?
Дикон кивнул. Ну почему хорошие мысли вечно опаздывают? Нужно было сжечь проклятые бумаги. Обе!
Альдо Ракан двумя пальцами взял последнюю волю Оллара и швырнул в камин.
– Не нужно превращать Ворона в короля, – лицо Ракана стало жестким, – пусть и в глазах олларианского отребья.
– А, – Ричард замялся, подбирая слова, – второе… Оно ведь еще хуже.
