На первом этаже парковки, как ни странно, народу было не особо много — всего лишь пятеро придурков. Вооружены они были такими же как у меня короткими АК, и они явно ждали нас, ибо едва мы появились у входа, как в нас полетел горячий свинец. Благо, что многие смогли вовремя пригнуться, и пули просвистели мимо, однако двое из наших громко заорали. Один схватился за плечо, а другому распороло бочину. Хорошо, что раны не серьезные. Выживут, надеюсь.
Но, мы не дураки, чтобы просто так стоять, пока в нас стреляют. Ловко разбежавшись за машины, которые послужили укрытиями, мы стали поливать ублюдков плотным огнем, так что они опасались высунуться.
В результате машина, за которой прятались двое из мазафак, взорвалась, а трое других, испугавшись взрыва, повыскакивали из-за укрытий, за что поплатились, словив передозировку свинцом.
Добив всех контрольными выстрелами в голову, мы поднялись на второй этаж, но на этот раз мы решили закинуть туда гранату. И не одну… Как Эйти Дре, так и Лонг Фит закинули сразу по две гранаты на второй этаж, в результате чего прозвучали чертовски громкие взрывы.
Едва стихло эхо взрывов, как три наших сэта вломились на второй этаж, и стали расстреливать дезориентированных ниггеров. Те явно не ожидали, что у нас будут гранаты… Почти половина из придурков были нашпигованы осколками, а половина мазафак были оглушены, что сказалось на их боеспособности, потому, когда мы открыли целый шквал огня, то те почти не сопротивлялись, успев лишь пустить несколько косых очередей из Калашей.
Гранат больше не было, но это не значит, что мы не будем врываться не третий этаж. На этот раз, мы будем осторожно входить, небольшими группами по пять человек.
Когда первая группа осторожно поднялась, то в них полетел настоящий вихрь свинца, и мы уже думали, что у нас не получится зачистить третий ярус парковки. Но, как ни странно, ко мне подошел Эйти Дре, который, как оказалось, мог удивить. В руках он держал гранаты… Но не осколочные, а светошумовые.
— Где ты их раздобыл? — удивленно воскликнул я.
— У ветерана было несколько таких. Вот и решил, что стоит захватить хотя бы одну такую.
Окликнув ребят, что пытались штурмовать последний этаж, Дре подошел, прижимаясь к углу, и бросил это чудо тактической мысли в сторону мазафак из Крэблвуд Эйти-Эйт.
Те так были увлечены стрельбой, что не сразу поняли, что в их сторону что-то летит. Хлопок был оглушительный, что чуть не и оглушил нас. Каково-же сейчас ублюдкам в синим? Кровь из ушей и глаз, наверное.
Вот теперь уже можно было без опаски вламываться на последний рубеж парковки.
Тут уже было на удивление легко. Лишь трое Крабов были в состоянии стрелять, но мы это исправили, нашпиговав их свинцом, а потом перестреляли остальных, как куропаток.
Меня, как ни странно, перестали пугать выстрелы, я чувствовал себя по настоящему крутым, стреляя из АК в придурков в синем. Очередь за очередью я поливал мазафак огнем. О-да-а! Так вам и надо, мазафаки!
***
Когда все сети отчитались ветерану, что перебили всех Крабов, оборонявших свои бизнесы, то было решено нанести последний удар по их последнему убежищу.
В качестве убежища эти придурки использовали, как ни странно, этакое старое автобусное депо, в котором были оборудованы удобства для жизни. Мы уже были готовы ворваться, и устроить говнюкам настоящий ад, как вдруг услышали голоса.
— Не стреляйте! — раздался жалостный голос, — Мы сдаемся, не стреляйте!
Почти вся банда, в которой было две с половиной сотни человек, собралась у этого убежища, и они чуть было не стали стрелять, ибо руки так и чесались, но Крабы выходили с поднятыми руками, перед этим выбросив стволы перед собой.
— Всё, нахуй эту ебучую банду, — сказал один из Крабов, — Всё, мы больше не при делах.
— Снимайте цвета, — коротко обрубил Лонг Фит.
— Но… — замешкались мазафаки.
— Цвета, на землю, быстро, — опять сказал гангстер со шрамами на лице, после чего для убедительности передернул затвор винтовки.
Те, явно понимающие, что проиграли, стали снимать с себя рубашки, свитеры, куртки, кепки и банданы своего фирменного цвета, складывая в кучу.
Лонг Фит достал из багажника своей тачки канистру с бензином, и облил эту гору тряпья. После этого, достал упаковку спичек, и протянул её одному из полуголых ниггеров.
— Поджигай, — опять коротко сказал один из наших ОуОуДжи.
— Бля, мужик…
— Она все равно в бензине. Поджигай.
Тот гангстер, которому дядя Софи дал коробок спичек, едва ли не плача, поджег спичку, и бросил её в кучу тряпья, которая за пару секунд воспламенилась.
И так, смотря на горящие шмотки синего цвета, я наконец мог расслабиться.
Война окончена.
Рассевшись по тачкам, мы наконец могли отдохнуть…
***
Штаб, так как война была окончена, был расформирован. Излишки снаряжения перекочевали на склад нашей банды, и теперь можно было наконец расслабиться. Поскольку я не ел весь день, то решил замутить себе яишенку, и сварить кофе, благо что яйца, кофеварка и молотый кофе были.
Доготовив свой ужин, я сел есть… Я ел и думал.
