— Помните, — рассказывал Аркот, — какая большая дискуссия шла несколько лет назад о существовании планеты еще более далекой, чем Плутон. Известно, что существует целый ряд нарушений в орбитах Нептуна и Плутона, которые не могут быть вызваны известными нам планетами, но могут объясняться существованием внешней планеты. Нападение из космоса было незамедлительно принято в качестве доказательства этой теории, и его поддержало большинство собравшихся. У меня имелись только две важных детали, которыми я мог какое-то время отбиваться от их нападок — это тот факт, что корабли были разработаны не за год, не за столетие, и что химическое строение этих людей имеет слишком серьезные отличия. Не было никаких новых обнаруженных элементов, кроме световой материи, и тем более была удивительна такая разница между химическим строением землян и этих захватчиков… У моих оппонентов был один ар1умент, — они указывали на малую вероятность встречи Солнца с черной звездой. Вы знаете, конечно, как формируются планеты? Они являются результатом периодического воздействия двух проходящих мимо звезд… Можете вообразить две колоссальных звезды, дрейфующих через пространство и медленно сближающихся, пока, наконец, они не сойдутся друг против друга в нескольких миллиардах милях, а их гигантские массы не создадут взаимодействующее тяготение колоссальной силы. Их массы противоборствуют друг другу, и каждая пытается вырваться и продолжить свой путь вокруг центра галактической системы. Но, поскольку эти громады сближаются, цепи, которые их связывают, становятся все сильнее, и огромная сила притяжения одного гигантского шара вызывает титанические приливы пламени на другом. Большие массы газового вещества выстреливают в космическое пространство между пылающими солнцами. Воздействие силы тяжести становится все более интенсивным, притягивая потоки с огненного шара, который за все время своего существования, не знал иного движения, кроме как крутиться вокруг своей оси, но теперь начинает приобретать все большую и большую осевую скорость, поскольку приливная волна подгоняет его… Пламя начинает подниматься выше и выше, под действием центробежной силы образует невозможной величины гребень и пытается вырваться на свободу. Этот пылающий язык газа тянется все дальше и дальше и превращается в могучий язык огня, столб длиной в три-четыре десятка миллионов миль пространства, и наконец две звезды как будто соединяются, словно через два выросших друг против друга сталактита и сталагмита. Пылающая лента соединяет их, эти две колоссальные звезды, как будто величественная огненная нить, — и одновременно намного более могущественные цепи сил тяжести пытаются удержать их вместе… Но теперь их скорость снова заявляет о себе, и они опять удаляются друг от друга, и никто не может сказать, когда они еще снова встретятся. Миллион лет кажется более вероятным ответом, но это почти ничто в жизни звезд. Светила расходятся и пылаюгций столб растягивается, становится все тоньше, пока, наконец, обе звезды не разделятся окончательно. Но теперь газ никогда не вернется обратно на Солнце. Столб огня, напоминающий пылающее веретено, растягивается в космосе, ибо ему задана такая скорость, которая необходима, чтобы сформировать орбиту. Гигантская масса газа слишком холодна, чтобы продолжать извлекать энергию из материи, как это происходит на поверхности звезды, и остывает. По мере того как она охлаждается, появляются определенные сгустки, дающие начало планетам. Большая нить, которая простиралась от звезды до звезды, имеет веретенообразную форму, то есть более утолщена в центре, где и образуются более крупные планеты. Таким образом, Юпитер и Сатурн намного крупнее любых других планет. Сужение к концам объясняет, почему Земля более крупная, чем Венера, а последняя является более крупной, чем Меркурий, Уран и Нептун оба меньше, чем Сатурн, а Плутон еще меньше… Марс и астероиды труднее объяснить. Возможно, их появление легче понять, если мы вспомним, что таким образом сформированные планеты обязательно должны были вращаться в эксцентричных орбитах, когда они только зародились, и эти планеты периодически слишком близко подходили к солнцу, в результате чего все еще газообразный Марс потерял значительную часть своего вещества, а другая планета, которая в настоящее время существует как пояс астероидов, распалась… Та чужая пылающая звезда окончательно отправилась блуждать в пространстве. Она оставила после себя следы своего пребывания, планеты, никогда еще не существовавшие прежде. Но стоит помнить, что и у нее тоже должны быть теперь планеты… Все это случилось приблизительно два миллиарда лет назад… Но для того, чтобы это могло произойти, требовалось, чтобы две звезды прошли на относительно небольшом расстоянии, в нескольких миллиардах миль друг от друга. Космос, как вы знаете, не заполнен материей. Представьте, что мы имеем сферу размером в 8000 миль, то есть примерно с Землю — а это порядка 270 миллиардов кубических миль пространства, и по ней летают двадцать теннисных мячей. Теперь представьте, что два из этих теннисных мячей в столь огромном пространстве пролетят в нескольких ярдах друг от друга. Шансы точно такие же, как вероятность того, что две звезды пройдут друг мимо друга, чтобы создать планеты… Теперь рассмотрим еще одну возможность… У черной звезды есть планеты. Это означает, что в свое время она точно так же проходила мимо другой звезды. Таким образом, у нас есть две звезды, пострадавшие друг от друга. Шансы, что это произойдет, непостижимо малы. Один на миллиард, что сформируются планеты. Две звезды должны пройти близко друг к другу, когда у них есть несоизмеримо большее пространство для путешествий.
