— Верно, амиго. Нам предстоит метаться вдоль фронта и затыкать дыры. Везде, где пехота не справится. Потери только восполним и вперёд. Хотя могут и раньше дёрнуть, если нужда такая накатит. Сейчас вдоль фронта штурмы носятся — мы пока ограниченно боеспособные, вот нас и не трогают до поры. Так что правильно Роса делает. Расслабляться сейчас точно не время. В любой момент могут на какой-нибудь шухер выдернуть.
— Понятно, хефе.
— Тогда работаем, компаньерос. Сегодня день расслабухи, а завтра продолжим упираться. Полторы недели относительного спокойствия на перегруппировку у нас есть, а дальше… Не соскучимся, в общем.
Как и ожидалось, в ближайшие две недели нас не трогали. Пришли пополнения техникой и личным составом. Боевое слаживание мы проводили уже по ходу работы. Нормально. Парни приехали вполне прилично — как и мы поначалу — подготовленные. А то, что опыта у них нет — так это не страшно. Дело наживное. Ну и наживаем мы его на выходах, благо пока задачи нам подкидывают не особо сложные.
Вообще, линии фронта в традиционном понимании этого термина здесь нет. Война идёт манёвренная, с опорой на укреплённые районы большей или меньшей степени «зубастости» и устойчивости. Сплошные линии фортификационных сооружений не возводятся ни нами, ни орками, ввиду почти полной бессмысленности сего действа. Особенно для орков, ввиду нашего тотального превосходства в воздухе и на орбите. В связи с чем строительство долговременных оборонительных сооружений превратилось для орочьих инженерных частей в Сизифов труд.
Только успеют они закопаться — противник (то есть мы) сравняет всё свеженастроенное тут же и в ноль артиллерией и авиацией, да ещё и с орбиты добавит веселухи. И приведёт вся эта фортификация исключительно к дополнительным потерям среди инженерных частей и успевшего занять свои места гарнизона укреплённой полосы. Вот они и не упираются в этом плане особо. А нам зарываться пока и не требуется. Задачи другие — мы в постоянном почти наступлении. Нам фортификация потребна ситуативно, то есть для прикрытия определённых секторов, или для защиты полевых лагерей. И не более того.
Минные поля здесь есть, но тоже далеко не сплошные и в основном «очаговые», представленные полосами на тех или иных участках. И тут, чаще всего, идёт «засев» посредством дистанционного минирования с одной стороны. А с другой — их тоже дистанционно, по большей части, разминируют. И получается так, что рассыпанные мины служат, практически постоянно, только для «покупки» какого-то количества времени и дополнительной тренировки групп РЭБ[10] и сапёрных частей.
Вот и выходит, что основная нагрузка лежит на пехоте, танках и их поддерживающих средствах усиления. Ну, и Флоту (особенно нашему) следует отдать должное. Да и авиаторам тоже. Не отработай они так, как отработали на первом этапе операции и не действовали бы они как положено бесперебойно — было бы нам, штурмам и ударникам, гораздо тяжелее.
Наши десантно-штурмовые корпуса, пополнившись, встроились в работу на ротациях побригадно. В смысле месяц бригада проводит на фронте, а после того, как сменит её другая бригада, «отдыхает» месяц в оперативном тылу, восполняя потери.
На фронте мы работаем по прямому назначению, идя постоянно на острие. Где-то прорыв линии фронта с выходом на оперативный простор и дальнейшим развитием наступления до команды «Стой». Где-то привлекают нас к штурму особо упорного укрепрайона, оказавшегося обычной пехоте не по зубам. Ну, а где-то выпадает нам работа на линии, сдерживая орочьи попытки наката и перехвата инициативы. Рутина, в общем, почти что.
По началу, правда, шёл у нас «нестандарт». В первый же месяц мы жёстко сцепились с орками, выбивая их с недооборудованной оборонительной линии, которую они попытались растянуть вдоль третьей по счёту (и последней на этом материке) горной гряды. Уцепиться как следует орки не смогли, но продвижение войск вторжения ухитрились задержать аж на месяц, на что, похоже, их командование и рассчитывало, бросая в обороне несколько полков пехоты и последних уцелевших в этом районе штурмовиков.
Остановить нас здесь они не могли от слова «никак». Смогли только задержать, дав возможность основным силам разорвать дистанцию, хоть как-то перегруппироваться и выдохнуть. И, стоит отдать орочьим воякам должное, впились в горы они плотно и держались до упора, цепляясь чуть ли не за каждый куст.
Выгрызать их нам пришлось всерьёз, да ещё и почти без техники на некоторых участках. А нас встречали и засевшая на более-менее подготовленных позициях орочья пехота вперемешку с остатками их штурмов. И автономные турели, экипированные ПТР’ами и пулемётами. И кой-какая техника, фиг знает как на верхотуру затащенная, непойми каким образом среди скал окопанная и замаскированная.