Столики разобрали группки сплотившихся обитателей больницы, что успели обзавестись знакомыми со схожими скрытыми болячками. Я как всегда пристроилась за столиком у окна в гордом одиночестве человека, чьи болячки видны, как на духу. Они написаны на моём лице.
Ковыряя котлету, я поглядывала на телефон, но даже он не желал со мной разговаривать.
– Можно к вам? – Тот же приятный тембр прозвенел над ухом.
Мужчина из очереди выжидательно возвышался надо мной с такой же порцией.
– Все столики заняты. – В качестве оправдания подметил он и для пущей убедительности осмотрелся по сторонам.
– Конечно, присаживайтесь.
Теперь и я слилась с завсегдатаями больничной столовой и обрела собеседника хотя бы на время ужина. Но я не знала, стоит ли затягивать разговор или мой партнёр по столу предпочитает ужинать в одиночестве.
– Жду не дождусь, чтобы выбраться отсюда. – Первым заговорил он. – Первым же делом забегу в какую-нибудь пиццерию и наемся дрянной еды до отвала.
Я улыбнулась, поддерживая столь безответственный план.
– Что вас сюда привело? – Спросила я.
– Язва. – Весело ответил тот.
– Тогда вам не следует объедаться пиццей, если не хотите вернуться сюда в скором времени.
– Ну её. – Махнул он и тоже принялся ковыряться в еде, словно под горкой макарон найдётся что-то повкуснее. – Один раз живём. Если не язва меня доконает, то что-нибудь другое. Не хочу всю жизнь просидеть на диетах и ущемлять себя в удовольствии полакомиться пиццей. Или хот-догом. Вы пробовали хот-доги в «Корнер Виста»? Это забегаловка в Фейрвью.
Я покачала головой, поражаясь, как можно быть таким болтливым и беззаботным.
– Обязательно попробуйте. Там готовят лучшие хот-доги в Портленде. – Он оставил макароны в покое и поднял глаза на меня. – Я Чарли. И у меня язва.
За тридцать секунд нашей беседы я поняла, что приютила за своим столом безнадёжного весельчака и хохмача. Он протянул руку над нашими подносами, я пожала её и тоже представилась:
– Я Рейчел. И у меня, как видно, ожоги второй степени.
– Могу я спросить, что случилось?
– Пожар на рабочем месте.
– Ого, сочувствую вам. Серьёзно. Надеюсь, всё быстро заживёт.
Да, и покроется красными рубцами, обрастёт зачерствевшей кожей, сделает из меня ящерицу.
– Может, стоит сменить работу, если там так опасно?
– Я пекарь. Только это и умею. Не хочу заниматься ничем другим.
– Вот видите. – Усмехнулся мой новый знакомый. – Вы ничем не отличаетесь от меня с моей любовью к хот-догам. Даже попав сюда, всё равно собираетесь вернуться к тому, что может вас убить.
И так я впервые ужинала не одна. И за все двадцать минут и все тридцать переваренных макаронин даже не взглянула на экран мобильника. Чарли скрасил моё одиночество лёгкой болтовнёй и вернул мне способность улыбаться.
Перед тем, как разойтись по разным отделениям, он окликнул меня:
– Эй, а не хотите, как только мы оба выберемся из этой тюрьмы, попробовать тех самых хот-догов из «Корнер Виста»?
Я смутилась, потому что услышала в этом обыденном вопросе приглашение на свидание. Так просто было сказать «да» и отведать этих несчастных хот-догов. Но он видел меня лишь такой, с макияжем и повязкой, скрывающей моё истинное лицо. Как только её снимут, и он увидит шрамы, он трижды пожалеет о своём предложении и захочет сбежать так же, как и Остин.
– Спасибо, но я не люблю жирную пищу. – Только и придумала я как прикрыть явное «нет».
Чарли как-то сдулся. Былой веселости, как и не было. Он не рассчитывал на отказ, но принял его с похвальным достоинством.
– Что ж, жаль. Но если передумаете, моя палата номер двести восемь.
Перед отбоем я не выдержала и всё же написала Джеку Шепарду первой. Долго раздумывала над тем, что такого придумать, чтобы моё сообщение не выглядело назойливым. Меня спасла Лола. Мне стало стыдно, что я использую свою любимицу в качестве подсадной утки, но собралась с духом и набрала:
Вчера ответ пришёл сразу же, как напротив сообщения появилось две птички – сигнал о том, что его прочитали. Но сегодня послание так и осталось помеченным лишь одной. Такой же одинокой и жалкой галочкой, как я.
Не дождавшись ответа, я смыла косметику проточной водой, обругала себя на чём свет стоит и зарылась под одеяло с головой.
– Самое ужасно предложение руки и сердца, о котором я слышал. – Логан допил второй стакан «Буд Лайта», тогда как мой первый не опустел даже наполовину. – Так ты всё-таки женишься?
– Женюсь.
– Мои поздравления.
Прозвучало почти как вопрос, хотя чему удивляться, когда первым делом после смены я потащил Логана в бар и сидел, как в воду опущенный. Вернее, в пиво. Весь день я был сам не свой и трижды получал нагоняй от Логана-лейтенанта. Сейчас же передо мной сидел Логан-друг и первым из всей бригады выслушивал новости, по моему виду не зная, как к ним относиться.
