Теперь пришлось спускаться в зал раз в два-три дня. Не имея особого желания это делать, я не имел и возможности отказаться. Конечно, можно было бы уйти. Но куда идти? По сути, ничего кроме этого заведения и двух «коллег» у меня и не было. К тому же, я начал привязываться к этому месту. Что-то в нём было пугающее, таинственное и от того, более притягательное. Я точно знал, что даже если уйду, то обязательно захочу вернутся. К камину, загадочной стене, и что скрывать, к той власти, которую даёт оружие в моей руки. Остаётся лишь работать. Главное, попробовать сделать это на своих условиях.
И дни потянулись чередой, не отличимые друг от друга. Кого только не заносило в это место. Здесь бывали все: банкиры и актёры, прокуроры и продавцы, депутаты и курьеры. Пару раз даже забредали бомжи, уж не знаю, как им это удалось. И все они шли сюда с одним желанием – умереть. Их истории в большинстве своём скучны. Иногда я даже зевал им в лица. Одних предали, другие предали сами. Кого-то совесть замучила, кого страх. Был один, до ужаса боявшийся смерти, и таким образом, он решил побороть свой страх и посмотреть смерти в лицо. Думаю, мокрые штаны, после приставленного к голове пистолета, способствовали этому. Кого только здесь не увидел. Чего только не услышал. Но неизменно всех мучала совесть. Да так, что они были готовы расстаться с жизнью. Но этого я им дать не мог. Точнее не хотел. Безусловно, среди них были и те, кто заслуживал пулю в лоб. Но, нет. Я боролся сам с собой, чтобы не превратиться в убийцу. А бороться было с чем.
Время шло, дни сменяли ночи, а погода за окном говорила, что и времена года не стоят на месте. Не знаю сколько прошло времени, рутина затянула, словно зыбучие пески. Никуда не выходя, время для меня растягивалось в одну сплошную линию. А порой, просто сжималось в одну точку. Время перестало иметь надо мной власть. А я терял власть над собой. Каждый день, каждая встреча с потенциальным покойником отрывали от меня часть моей души. Всё то доброе и светлое, что было во мне умирало. В промежутках между встречами с клиентами я пил. Пил, курил и спал. Ел я мало и редко. Наверное, я должен был умереть от истощения. Но, нет, потребность в пище почему-то исчезла. Точнее, уменьшилась в разы. Может мой организм уходил в спячку, я не знаю.
Я коротал время напротив камина и стены, чудовищной, но привлекательной стены. Которая каждый раз показывала, как моя душа рвется в лоскуты.
Естественно, до моей души и моего состояния не было никакого дела моему помощнику. Сапофи стал злым и раздражительным. Все слова, что он произносил, бросались мне в лицо, будто сухое полотенце. Всё сводилось к тому, что я плохо выполняю свою работу. Ему хотелось, чтобы я наконец начал убивать. А бармен и вовсе стал меня игнорировать. Лишь изредка он позволял себе обменяться со мною парой слов. И по сему становилось понятно, кто здесь главный на самом деле. И это точно не я.
Несколько раз я пытался покинуть это место. И просто побродить по городу. Развеять мысли, так сказать. Но не мог. Нет, меня никто не держал, не запрещали. Даже наоборот, узнав о моём желании, Сапофи одобрительно кивнул. Но ступая на лестницу, ведущею к выходу, я останавливался. Будто пригвождённый к полу, я стоял так минутами не в силах пошевелиться. На пороге моё сердце начинало бешено колотиться, легким не хватало воздуха, а ноги подкашивались. Внешний мир мне начинал внушать страх. А в мою голову словно кто-то из вне вкладывал одну зудящую мысль. Стоит только начать делать свою работу, выполнять возложенные на тебя обязательства, как всё тут же изменится к лучшему. И эта мысль стала навязчивой. Опять и опять я возвращался к ней. Попытки прогнать её, забыть во сне или заглушить алкоголем не приносили успеха.
А теперь, я стою здесь. На берегу и смотрю на черную воду, бьющую гранит.
Я сделал свою работу.
В тот момент, когда на пол упало лишённое жизни тело, моя душа окончательно превратилась в лохмотья. А я обрёл свободу. И, глядя в чёрные волны, нет страха отдаться им, чтобы с ними унестись в глубины моря. Его глубины и чернота – ничто по сравнению с бездной, в которую я сделал шаг.
Я покинул свой бар перед самым рассветом. Солнце только поднималось над горизонтом и своими лучами прогоняло рваные тучи на запад. День предвещал быть погожим. И мои ноги понесли меня прочь от ужасного заведения, что стало моей тюрьмой.