Такими темпами эльф точно когда-нибудь доиграется. Ведь найдется тот, кто спросит, почему отшельник командует не по-отшельнически умело. Однако сейчас, на его счастье, ни у кого не было времени, чтобы искать в его поведении подводные камни, поэтому все только подчинились.
Пока Кассандра бежала к требушету, чтобы выполнить задуманное, а Варрик уже осматривал округу, чтобы придумать, какой дорогой бы побыстрее довести всех их до нужного спуска, Солас, не тратя ни секунды, помчался ко второму магу.
Безумец так и стоял вокруг творившегося хаоса и братоубийства. Он вообще казался здесь чужим, не от мира всего. В том был повинен его чёрный отныне уж очень потрёпанный плащ, так и ещё не лучшее состояние. До сих пор он цеплялся за свою трость как за единственную опору. Дрожал. То ли его знобило, то ли болезненно ломало. На это сказывалось полное магическое истощение, так резко перешедшее в переизбыток. Да и мало того его рука, по которой стекала кровь, и сейчас пылала от нестабильной метки. Хотя, казалось бы, Сфера больше не влияла на неё.
Солас на долгие церемонии размениваться не стал, да и брезговать — тоже. Когда подбежал, то тут же подхватил мага под руку и потащил в обратную сторону. К счастью, сам Безумец не выражал какого-то протеста, он смирно пошёл за эльфом, так же мечтая поскорее убраться отсюда.
Он устал, как и все они, Солас это прекрасно понял. Страшную утомленность в белых глазах он даже и не пробовал скрывать. Правда, после всего произошедшего жалеть его не хотелось, а так и хотелось крикнуть: «Всё из-за тебя!». Но Солас благоразумно промолчал. Разве на самом деле хромой маг виноват? Нет. Поскольку то, что события примут такой масштаб не мог предугадать никто…
Даже, кажется, сами не веря в свой успех, герои самоубийственной миссии всё-таки смогли выполнить главную свою задачу — спустить на Убежище лавину — и даже остались живы. В те далёкие времена, когда скорбящие принесли сюда прах своей пророчицы и начали возводить в честь неё храм, в строительстве наверняка участвовали и гномы. Потому что в архитектуре подземных ходов, которые стали спасением для нашего отряда, чувствовалась рука мастера, гномья рука — ходы уводили глубоко под землю, а их своды, на манер Глубиных троп, были очень хорошо укреплены.
Сход такого огромного количества снега, который веками копила на себе гора, наверняка был ощутим в виде грохота и землетрясения за несколько километров. Сложно даже представить, какого было тем, кто оказался буквально в эпицентре, в нескольких метрах от поверхности, которая за секунды оказалась погребена под тоннами снега. В темноте, под землёй, теряя равновесие от землетрясения и падая, им оставалось лишь надеяться, что бы шахта выдержала вес ныне заваленной снегом поверхности. И… она выдержала. Ни один из подземных ходов не обрушился, всё устояло. Однозначно, гномы своё дело знают.
И вот теперь, когда отряд уж точно пережил весь тот ужас и хаос, а Убежище, как и павшие за него защитники, осталось навсегда погребено под лавиной, можно было продвигаться дальше, туда, куда их выведет подземный проход, и выполнить последнюю часть их миссии — живыми догнать своих. Однако все они на этот раз торопиться не стали, решили просто остановиться, обессилено упасть на холодные камни пещер и отдохнуть. Этот отдых был даже необходимостью, поскольку впереди их ждал путь по никем не изведанным заснеженным склонам гор… И да поможет им Создатель не заблудиться в темноте ночи и не разминуться со своими людьми, иначе — смерть. Впрочем, всем был необходим отдых не только физический, но и моральный. Нужно было обдумать всё то, что они увидели в Убежище.
Сложно даже представить, какие на мировой политической арене начнутся волнения, когда Инквизиция расскажет обо всём том, что узнала сегодня. Террористическая организация хочет устроить переворот мирового масштаба, уничтожить все знакомые устои мира, а их главный тевинтерец позарился ни много ни мало на божественность. Да и ладно бы он был просто тевинтерцем, самоуверенным идиотом. Так нет же. Это не просто человек, да и… человек ли? Ходячий кусок лириума со всеми признаками отравления скверной, подчинивший дракона и превративший великий орден храмовников в сборище бездушных монстров. Слишком могущественный даже для эмиссара. А ведь он себя таковым не считает. Называет себя Жрецом Думата, одним из тех, кто вошёл в Тень, в обитель Создателя, и тех, из-за кого в этот мир ворвалась скверна — проклятье за грех семерых. И хотя слова этого существа сложно было рассматривать за истину, если бы… не было второго мага. Корифей не просто пришёл в Убежище за ним из-за метки, он его знал, разговаривал с ним, и более того Безумец ему отвечал. Значит, они и правда знакомы, из одного времени.
