— Как минимум вы приятный собеседник, леди Соловей, способный слушать, — Безумец обезоруживающе улыбнулся, никак не выдавая, что у него может быть других причин стремиться общества конкретно Канцлера.
Лелиана точно хотела вздохнуть, потому что этот чудной человек не перестаёт её удивлять. Вместе с тем ей хотелось возмутиться: вот почему он не может просто вступить в Инквизицию, и больше не рисковать сам, и её не нервировать своим бродяжничеством? Вот почему он так упрямым бронто упёрся в пустые угрозы Кассандры, о которых даже она сама уже не вспоминает, кажется, за год свыкнувшись с существованием второго магистра, которого не надо так же ненавидеть, как Корифея.
С другой стороны, уж лучше так, и она согласится быть посредником между магистром и Инквизицией, чем своим отказом заставит его снова уйти в подполье. Всё-таки даже такое сотрудничество — уже прогресс по сравнению с их последней встречей, когда он даже слышать не желал о чём-то подобном.
— Лелиана, не могли бы вы мне предоставить список мест, в которых обнаружен открывшийся разрыв? Разумеется, в ваших интересах выбрать те, которые следует ликвидировать в первую очередь.
— Вы хотите заняться их закрытием?
— Именно.
— Но и не только? — заподозрила Канцлер подводные камни его желания. Магистр точно что-то задумал: не стал бы он просто так браться за дело, которое приносит ему боль и лишний раз тревожит аномалию, даже если это дело спасёт чьи-нибудь жизни.
— Несомненно. Я хочу исследовать процессы Якоря. Лучше всего это сделать во время использования его уже проверенным и безопасным способом — при закрытии разрыва.
Вот в то, что мужчина решил там что-то поизучать, ей уже гораздо охотней верилось.
— Если не секрет, что на этот раз вы хотите узнать?
— Всё, что угодно. Насколько я вижу, планируя закрыть Брешь, вы рассчитываете на способ, который помог её успокоить. Но что если этого недостаточно? Хотелось бы об этом узнать заранее, а не в последний момент, ведь у нас, вероятно, один шанс.
Совет боялся, что Безумец, лично увидев, чем стала его империя, проникнется идеями столь же разочаровавшегося в потомках Старшего. Однако Лелиана теперь видела, что сновидцу невольное путешествие на родину, наоборот, пошло на пользу — вон сам вернулся на юг и теперь взялся за тщательную подготовку к ритуалу. Главное, что бы его энтузиазм не прошёл, и он не передумал, потому что было принято решение провести этот ритуал только тогда, когда будет найден способ победы над Корифеем. До того самого момента что-либо залатывать бессмысленно, поскольку ходячий кусок лириума может ещё что-нибудь подорвать.
— Хорошо. Я составлю список наиболее важных для нас мест. И я рассчитываю на вашу благоразумность, Безумец, — напоследок строго произнесла Канцлер, чтобы магистр действительно просто закрыл разрывы, а не устроил где-нибудь ещё один Конклав.
— Весьма глупо было бы с моей стороны подобную благоразумность не проявить, поскольку любая ошибка будет стоить жизни в первую очередь мне, — заверил её сновидец, что отдаёт отчёт своим действиям.
Безумец не стал говорить встречное условие, что надеется не обнаружить по прибытию на названные места ловушку. Это говорит не о его доверии, а об уверенности в благоразумии Канцлера. Соловей слишком умна, чтобы портить отношения со столь важным союзником ради призрачного шанса поймать его таким глупым способом. Если ловушка всё-таки обнаружится, то мужчина явно будет разочарован.
Мужчина мог и в дальнейшем поддерживать разговор, но сейчас он замолчал и сам, серьёзно глянув на женщину. За недолгое время их сегодняшней встречи маг заметил, что Соловей была как будто сама не своя: слишком молчалива и задумчива. Вроде она с ним и разговаривает, а вроде её мысли заняты чем-то другим, личным. Безумец в конце концов догадался: что-то её беспокоило настолько сильно, что даже маска беспристрастного шпиона не могла удержаться на её лице. Она вела себя как тогда, когда они встретились после событий в Убежище, под наспех сооружённым навесом: смотрела прямо на него, не отводила взгляд, пыталась следовать своему пугающему образу, но при этом в её глазах читалась некая отстранённость, а рука так предательски тянулась к памятному кинжалу.
— Насколько я могу видеть, Лелиана, вы решили встретиться со мной сегодня с какой-то определённой целью, размышлениями о которой на данный момент вы увлечены больше, чем беседой. Но раз этой целью вы так и не желаете со мной поделиться, может, нам стоит завершить нашу встречу? — сказал Безумец.
