Дальнейший поиск ответов не продолжился, потому что Солас посчитал их найденными — откровение тевинтерца действительно объясняет многое. Пусть они никогда не узнают, что же именно делал амбициозный лорд-магистр, и на что конкретно это повлияло, но, очевидно, те манипуляции, которые были над магом совершены ещё даже до его рождения, не могли пройти без последствий. Мутация, из-за которой при чёрных, истинно тевинтерских, волосах его кожа и глаза были светлыми, или сильнейшая мутация, которая нехило так отклонила от нормы: физически проявила его эльфокровое происхождение, являлись лишь одними из множества этих последствий. И это только морфология — Волк даже не брался гадать, как именно была «изуродована» его кровь да и какие в общем произошли изменения в физиологии, что даже демон не распознал в нём человека, а Тень восприняла его частью себя. Медленно убивала, да, но это скорее происходило само собой, потому что даже искажённым он всё равно оставался существом чужой природы, но целенаправленно не пыталась его изжить. А через её магию ему, в свою очередь, передавались образы мира реального, проходящие через Завесу. Возможно, поэтому мужчине после возвращения было намного легче принимать произошедшие в мире изменения за время его отсутствия. Не разумом, потому что разум спал и ничего не запомнил, а подсознанием, откуда приходит в том числе понимание чужих языков. В отличие от Корифея, который от увиденного и влияния скверны до безумия помешался на идее, способной уничтожить мир.
От взбудораженности сделанными выводами эльф даже не мог усидеть спокойно на месте. Тень подхватывала его хаотичные мысли и воспроизводила окружение столь же беспорядочным.
— Несколько жаль, что твой отец скрыл свои исследования. Они бы могли приблизить нас к пониманию наследственности магического дара.
— Если бы эти исследования смогли пережить гнёт религий, каждая из которых магию считает проявлением той или иной воли богов, то они бы породили последователей. Селекция магов, традиционно проводимая веками в Империи, ещё больше бы обострилась, а эксперименты стали бы масштабнее, — Безумец не разделил той же воодушевлённости.
Может, потому что он сам был частью этого эксперимента, может, не забывал, что прежде, чем появился первый и единственный результат, было загублено сколь угодно большое количество жизней женщин — пусть и рабынь — и даже ещё не успевших родиться детей, но так или иначе хромой сновидец на этот раз не спешил чествовать научный подход и не считал, что результат стоил того. Лучше пусть мир и дальше будет верить, что союзу двух сильных магов с большей вероятностью эванурисы, Древние Боги, Создатель — и кто-то бы там ни был ещё — подарят столь же одарённого ребёнка, чем будет искать закономерность этому. А может, этой закономерности на самом деле не существует, и гарантированное рождение новой одарённой жизни всегда будет требовать смерти, не только матери, но и тех, кого пустят на свойства в ритуале магии крови.
Снова Тень начала возвращаться к былому покою, маленькой темной читальной комнате, потому что остроухий сновидец, осаждённый собеседником, вскоре пришёл к тем же мыслям.
Хватит мирам и одного такого ломающего его правила мага.
— Подобная правда как-либо коснётся наших встреч? — однажды в наступившей тишине маленькой комнаты раздался тихий голос Безумца.
Мужчина был не уверен, чувствовал смятение, потому что не знал, что делать с открывшейся правдой. За всю его жизнь лишь один человек достоверно знал правду о его происхождении, да и тот вечно твердил, что этот секрет должен навсегда оставаться таковым.
— Никак. Ты воспитывался человеком, им и остаёшься, — с неожиданной для себя искренностью и лёгкостью ответил Солас, не испытывая ни грамма неприязни.
Не из-за происхождений однажды в Тени встретились два мага, с тех пор проведя несчитанное множество встреч. И срыв очередного флёра секретности придавал лишь большей искренности действа, доступного только им двоим, единственным сновидцам, восхищённым красотами Тени и магии.
Одновременно древний элвен поймал себя на мысли, что хотел бы получить то же принятие от человека, дружественные беседы с которым уже давно стали важнее желания избежать преждевременного раскрытия правды о своём происхождении…
