Кальперния быстро выделилась из толпы магов застывших на месте в недоумении, ожидая команд, не менее удивлённо посмотрела на магистра, а когда окончательно признала в нём дорогого человека, поспешила приблизиться, даже не смущаясь, перейти на бег.
Безумец внешний вид девушки не оценил: выглядела она, словно сбежала с рандеву, а не пришла на полноценную войну. Длинные волосы снова были убраны в сложную причёску, красивую, но требующую наименьших телодвижений, чтобы не развалиться. Яркий, выделяющийся макияж не потерпит ни прикосновений к лицу, ни каплей пота даже от бега, а что уж там говорить об активном участии в боевых действиях. А верхняя часть одежды скорее напоминала платье, чем форменный плащ Венатори, без рукавов и, конечно же, без хоть каких-то функциональных металлических вставок. Даже без капюшона, чтобы можно было хоть как-то слиться со своими подчинёнными. Да она в любом бою будет для лучников самой явной и заметной целью!
Впрочем, самой ученице хромой маг всё это высказывать не стал. Они провели много времени вместе, чтобы он точно мог сказать, что девушка сохранила в себе многие рабские привычки, в том числе скромность, но практичность в одежде и внешнем виде, если только обстоятельства не требуют от неё иного. Мужчина более, чем уверен, что так вырядиться её заставил Корифей. Возможно, по обрывкам старой памяти он решил, что его амбициозное вложение не может выглядеть замарашкой, а должно в полном великолепии предстать перед своим же возвышением, как когда-то жрецы Синода богато разряженными решили предстать перед богами. И конечно, что весь потенциал девушки уходит на подобную косметическую бессмыслицу, да ещё и небезопасную, хромой маг не оценил и не поленился лишний раз обругать сородича, потерявшего связь с действительностью.
Всех это измышлений сновидца Кальперния не знала, но зато хмурость его лица увидела отчётливо. Она в том числе сказалась на то, что девушка остановилась в нескольких шагах от мага, а её безудержная радость обернулась испугом, недоверием и неуверенностью. В столь сложной ситуации магесса, очевидно, была очень рада встретить того, кому доверяла, но потом она задумалась, как Безумец в такой глуши вообще мог оказаться? Об этой операции она ему не сообщала, значит, пришёл он вместе с Инквизицией и является полноправным их врагом. Вот девушка и стояла растерянная: идол так близко к цели и её возвышению, которое, как он говорит, поможет ему наконец-то войти в Тень — она не может сейчас отступить, однако, если её предположения оправдаются, значит, ей следует отдать приказ об устранении хромой угрозы. Но девушка понимала, что… не сможет.
— Ты пришёл сюда за Источником? Я… я не могу тебя к нему подпустить. Старший скоро будет здесь, — Кальперния понимала, что горделивого наставника, если он что-то задумал, так просто не спровадишь, но она решила хотя бы попытаться, чем допускать худшее.
— В таком случае у тебя осталось не так много времени, чтобы это место покинуть, если ты способна на большее, чем рабское безволие.
— Тебе есть, что мне сказать и чего я не знаю? — подавив всколыхнувшееся возмущение, магесса спросила по-деловому, потому что не стала сразу искать в словах мужчины оскорбления, а решила для начала понять откуда растут ноги у столь смелых изречений. Ведь её наставник слов на ветер не бросает.
И Безумец не бросал, а тут же достал из внутреннего кармана аккуратно скрученный свиток и протянул его девушке. Он был горд своей находкой — это заметила и она.
— Что это? — спросила Кальперния, когда неуверенно подошла и взяла рукопись с пока ещё неизвестным ей содержимым.
— На свитке описано восстановленное магистром Эрастенесом заклинание, над которым он работал последние месяцы по приказу Сетия.
— Эрастенес? Он жив? — удивилась женщина, потому что, по словам разведчиков, её бывший хозяин давно уже издох во время своих очередных ненормированных исследований, что вполне ожидаемо в его-то возрасте.
— Оставался таковым на момент нашей с ним встречи в храме Думата. Отчасти. Он стал первым, на ком испытали его же творение.
При упоминании храма Кальперния насторожилась. Храм Думата для неё всегда был белым пятном деятельности её организации: сколько бы раз она ни просила Старшего позволить ей войти туда, он всегда был неумолим в своём отказе. А раз наставник смог туда попасть, то на этом свитке действительно может оказаться то, чего она не знает. Поэтому теперь без задней мысли магесса его открыла.
Первые секунды скепсиса, сомнений быстро переходили в панику, недоумение, непринятие, но и невозможность отрицать. Раз пробежав взглядом по тексту, она из раза в раз его перечитывала, вникала в каждое слово, в такие тяжёлые суть и правду.
