Советники ещё какое-то время всё обдумывали, даже пытались получить то ли опровержение, то ли уточнение у эльфа. Но Солас наотрез отказался что-либо добавлять. В конце концов Инквизиция пришла к выводу, что действительно ни одна правда не будет благом. Универсальность и гибкость Церкви в том и заключалась, что каждый верующий в истории Андрасте и Создателя представляет что-то своё, благодаря чему её писания могли ложиться в сознание совсем разных по культуре и нравам народов. В отличие от Древнего Тевинтера, когда постулаты и воля Древних богов была единой, и либо в них верит вся империя, либо сразу же идёт дестабилизация авторитета религии из-за брожения инакомыслия. Конечно же, заявить всему миру, что же на самом деле представляет собой Черный город, значит, предать эту гибкость. Тем более когда магистр намекает, что правда будет ещё плачевней потери гибкости…
В конце концов советники пришли к выводу, что они не хотят, как сами слышать этой правды, так и брать на себя ответственность за хаос, который может начаться в мире, когда такая правда расползётся в массы. Порой неведение — и правда, благо. И пусть то, что магистры увидели в Чёрном городе, уйдёт с ними же. Тедас уже разочаровывался в своих богах и ничем хорошим это не заканчивалось.
На этом тема была закрыта точно. И хромого сновидца отставили в покое.
— У нас всё готово? — спросила Кассандра, очень вовремя перейдя к главной теме их сегодняшнего сбора.
Им ещё многое требовалось обсудить, убедиться, что всё учли, нигде нет промаха, потому что эта встреча будет одной из последних: тот самый день, финальный победный рывок, в который не верил никто, когда Инквизиция только создавалась, неумолимо приближался.
— День, когда будет закрыта Брешь, нами назван — теперь это самая обсуждаемая тема за последнее время. До Корифея эта информация не могла не дойти, — доложила Жозефина.
— Он придёт, — уверено заявила Канцлер. Подробна она не была, но вероятно, её агенты проследили некое передвижение остатков Венатори в сторону Скайхолда.
— Мой отряд первым прибудет на руины Храма. Мы выступим против Корифея, отвлечём его и уведём к лесу. В сражении делаем упор на его истощение. Если всё пойдёт по плану, когда дракон будет убит, Старший уже будет слаб, и мы быстро от него избавимся.
— Не рискуйте! Если у Безумца что-то пойдёт не так, то ведите Корифея обратно в храм — там у нас будет численное преимущество, — грозно, по-командному произнёс сэр Резерфорд. Искательницу отправляли с небольшим манёвренным отрядом, чтобы они смогли потянуть время, пока два дракона в смертельной схватке вцепятся в воздухе, но не более того.
Женщина согласилась с командором. Своих людей она и не собиралась вести на героическую смерть, и если возникнет угроза, она предпочтёт отступить.
— Мы с магами скроемся в окрестностях храма, и когда он опустеет, туда прибудем. Маги для ритуала были отобраны, обучены и натренированы — подготовка займёт не много времени. Когда вы вернётесь, они будут готовы оказать поддержку Безумцу, — теперь отчиталась Лелиана.
— Мои солдаты тем временем примут на себя удар оставшихся венатори и красных храмовников. Оборона выстроена в несколько линий: к храму они не пробьются, — следующим был Каллен.
— Также у нас получилось договориться с Ферелденом и Орлеем: они усилят надзор за своими границами вдоль Морозных гор, что убережёт нас от появления подкрепления основной армии Корифея, как было в Убежище, — завершила отчёт советников леди Монтилье.
— А поучаствовать в самом сражении они не желают? Хороши помощники, — хмыкнул недовольно Каллен. Пусть он уже третий год является одним из управленцев военно-политической организации, но, как видно, к политике он так и не привык.
— Морозные горы являются спорной территорией — правители обоих стран не желают рисковать и друг друга провоцировать, — как всегда вежливо поспешила пояснить Посол.
— Но при битве в Арборской пустоши Орлей пропустил на свою территорию ферелденцев.
— Это был несколько другой случай. Солдаты Ферелдена находились под вашим командованием, командор. И тогда сражение против сил Старшего можно считать генеральным — все правители были мотивированы оказать нам помощь.
— А сейчас мы выступаем против самого Старшего, бессмертного порождения тьмы. Да все наши жизни зависят от такого же тевинтерского магистра: не сможет он — проиграем все мы. Поэтому мы должны быть как следует защищены хотя бы там, что контролируем. Пусть сейчас армия Корифея недееспособна после Арбор, но мы всё равно не можем до конца знать, что его монстры не станут для нас проблемой. И лишние бойцы бы не помешали.
— Я с вами согласна, Каллен. Но поймите: всё это известно только нам. Остальному же миру видится, что мы в шаге от победы — достаточно только руку протянуть. В нашем случае это буквально. Мы вдохновили своей борьбой, и уже никто не подумает, что Корифей всё ещё для нас реальная угроза.
