Женщина говорила эти довольно-таки мирные слова с кровожадной ухмылкой, уже представив, как он отреагирует на то, что его раскрыли, начнёт паниковать, оправдываться. Но она ему, конечно, не поверит, и вдоволь отыграется на этом неудачливом шпионе.
Однако опять всё случилось так, как она и подумать не могла. Мужчина, конечно, вздрогнул, стоило тишине комнаты быть нарушенной посторонним. Однако, когда он поднял голову и глянул на неё, какого-то удивления она не увидела. Конечно, из-за достаточно-таки скудного освещения и капюшона девушка не смогла разглядеть глаза незнакомца, но судя по тому, что мужчина совсем скоро просто кивнул ей в знак приветствия и вернулся к чтению, он был абсолютно спокоен.
— Эти «Песни» лучше всего показывают всю гниль Церкви. Уничтожение Долов тому доказательство. Нарушили обещание той, чьи слова, как они говорят, проповедывают, и гордятся уничтожением государства и надежд целого народа лишь из-за инакомыслия. Масштабнее лицемерия мир ещё не видел, не правда ли? — мужчина говорил таким спокойным, абсолютно непринуждённым тоном. Лишь вопрос в конце доказывал то, что он всё-таки разговаривает не сам с собой.
Такое абсолютно нетипичное поведение для лазутчика заставило Кальпернию даже опешить. Она поспешила беглым взглядом вновь окинуть его, думая, может, что-то пропустила.
— Какой-то вы даже слишком спокойный, — тогда женщина решила спросить напрямик, желая узнать, как он будет оправдываться. — Не боитесь? — её «вы» было скорее оскорблением, чем выказыванием уважения, однако Безумец сделал вид, что не заметил этого.
— Бояться? Кого?
— Ну, хотя бы меня.
Услышав эти слова, мужчина вновь отвлёкся от чтения и глянул на девушку. Невозможность видеть глаз незнакомца её раздражало. Однако она удержала в себе желание подбежать к нему и сбросить этот уже ненавистный капюшон и решила подождать. Если он лжёт — она это совсем скоро выяснит, ведь долго притворяться он не сможет. Если же нет, то она выяснит его истинные мотивы нахождения здесь.
— Если честно, страх есть, — довольно-таки спокойно признался мужчина. — Судя по тому, что вас я в деревне не видел и встретились мы в замке, вы знакомы с этими тевинтерцами. А если это так, то мне бы очень хотелось, чтобы вы не выдавали им моё присутствие.
— Тогда зачем вы сюда полезли, если вам страшно?
— Тут книги.
Ни разу за их разговор он не дал повода усомниться в своих словах, его голос ничуть не вздрогнул. И теперь девушка с ещё большим интересом уставилась на мужчину. Он хочет ей сказать, что рискнул буквально собственной жизнью и пробрался на закрытую территорию только ради библиотеки? Сказки какие-то.
— Даже если это правда, неужели вы думаете, что вам кто-то поверит? — хмыкнула она.
— Я не прошу вас верить, я прошу лишь не говорить им. Тем более не моя вина в том, что во всём Редклифе нашлась лишь одна библиотека, и она здесь.
Кальперния терялась в догадках. Как бы она ни старалась к нему подступиться, он остаётся непреклонен в своих показаниях и даже остаётся таким же спокойным. Может, в его словах не было лжи? Но тогда какой безумец пойдёт на такой риск из-за… из-за книг?
Когда собеседник вновь отвернулся к книжным шкафам, женщина решила к нему приблизиться. Обхватив покрепче посох на тот случай, если мужчина раскроет себя и нападёт, она медленными аккуратными шагами подошла к нему почти вплотную. Однако меры безопасности не понадобились. Он ничего опасного для неё не сделал, наоборот, казалось, её близость его никоим образом не волнует. Однако всё же мужчина натянул пониже капюшон, когда девушка, его обогнув, попыталась под него заглянуть. Так что глаза незнакомца ей остались неизвестны, однако она и так уже сумела увидеть кое-что необычное: его кожа была белой. Вероятно, он не здоров. Это подтверждалось и его весьма щуплым телосложением. А ещё он совсем уж неуверенно стоял, периодически буквально цепляясь за посох для сохранения равновесия. Вроде не старик, а уже хромает?
Всё это заставило девушку ещё больше усомниться в своих обвинениях и начать верить ему. Ведь таких слабых в лазутчики обычно не берут.
— Назваться не желаешь? — произнесла девушка достаточно-таки строго, даже пугающе грозно, забыв о своём иллюзорном «вы».
— В этом нет необходимости. Лучше останемся друг другу незнакомцами. Тем более в вас я тоже не вижу желания называть своё имя, — судя по всему мужчину даже сейчас ничего не могло заставить потерять своё самообладание.
— Хватит юлить!!!
Спокойствие в голосе собеседника, однозначно, вывело её из себя. И девушка не заметила, как перешла на крик. Это было неправильно. Это была одна из главных ошибок. Кальперния это-то уж точно знала, поэтому тут же постаралась взять себя в руки. Сама не понимала, почему сорвалась перед этим неизвестным. Вероятно, когда ты злишься, любое проявление спокойствия может разозлить ещё больше.
