— Я знаю. Ты родился одиннадцатого ноября. Учишься в девятом «Б» в школе напротив Дворца творчества. Я часто вижу тебя на футбольной площадке. На физкультуру ты ходишь в сером спортивном костюме. По понедельникам у тебя авиамоделирование, по вторникам и четвергам — театральная студия. Ещё, я слышала, ты ходишь в музыкальную школу. Ты три раза становился «Талантом Дворца творчества». В прошлом году читал стихи Маяковского в актовом зале и занял первое место. Дружишь с мальчиком и девочкой из бальной студии: Саша и… не помню, как зовут. Вы часто болтаете на крыльце перед началом занятий. Зря краснеешь. Ты правда не догадывался, что я люблю тебя?
Тёма улыбался замызганному паркету и щурился от радости.
— Я догадывался, — спокойно ответил он. — Просто не знал, что дальше делать с этой информацией.
— Эй, посмотри на меня.
Рита повернула его лицо к своему и поцеловала робкого юношу в губы. Тёма раскраснелся, но сумел скрыть стеснение за нахальной улыбкой: «А дальше?» Только беззастенчивая девушка приготовилась избавляться от одежды, как в прихожей задребезжал дверной звонок.
— Это не совсем то продолжение, какого я ожидал, — досадливо бросил Артемий.
***
В гостиной Иру с Даней встретили двое вежливых и улыбчивых ребят. Рыжеволосый мальчик в очках встал из-за стола и учтиво поклонился, а низенькая весёлая девочка подбежала к Ире, крепко обняла её и пропищала Дане:
— Здравствуйте! Вы к нам в гости? Будете чай?
— Спасибо, не откажусь, — мужчина улыбнулся в ответ, откровенно удивившись, почему Ира описывала опекаемых детей как настоящих бесов и дьяволят. Затем он представился: — Меня зовут Даниил. А вы, стало быть, Джоанна и Тёма?
— Это Вероника, дочка Кассандры, и Тёмин брат Ян, — пояснила Ира. — А дьяволята где-то запропастились. Даже стол на накрыли. Ян, неужели вы забыли?
— Про что? — икнул мальчик. Ира поразилась его глупому вопросу, словно бранному оскорблению.
— Как! Я говорила вам накануне вечером, я повторила с утра, я полчаса назад специально домой заехала, чтобы напомнить, что мы сегодня знакомимся с Даней.
— Спокойно, родная, — улыбался Даниил. — К чему спешка? Угости пока чаем, посидим вчетвером.
Как только Рита натянула блузку, Тёма просунул нос в дверь и поздоровался:
— Ирка! Ты разве не на работу уезжала?
— Где вы ходите! Я уж думала, из дома убежали. Чего целиком не показываешься?
Рыжий малёк выплыл в коридор и осторожно приблизился к разозлённой пиранье. Ира строго взглянула на его рваную рубашку, облитую пивом, но вслух ругать не стала. Тогда Артемий решил опередить опекуншу и гордо шагнул вперёд:
— Прошу, не гневайся, сестра! — театрально взмолился он, бросившись к её ногам. — Звезда наша, наша кормилица, прости Тёмку-шутовского-ребёнку!
— Тёма, давай попозже, — нервно улыбнулась Ира. — У нас тут гость…
— О! — Тёма тут же встал с колен и оглядел Даниила с ног до головы. — Как вовремя! Спасибо, дорогой гость, что по причине твоего прихода матушка не серчает.
Мальчик пылко пожал Дане руку. Ян с Ничкой во второй раз вежливо поклонились. Джоанна поковыряла в носу и вытерла палец о Данину куртку.
— Джоанна! — заорала Ира и дала девочке подзатыльник. — Рита, Тёма, знакомьтесь, это Даня.
— Даня, значит? — переспросил старший из близнецов и наморщил лоб. — При знакомстве я всегда задаю один вопрос: в чём для тебя смысл жизни? Умоляю, не подведи.
Даня крепко задумался.
— А ты непростой малый. Смысл жизни — в раскрытии своего потенциала. Неважно, в чём назначение человеческого существования с философской точки зрения; мы обязаны стремиться к совершенству вне зависимости от того, смертны мы или всемогущи. Я рос в небогатой семье, но с детства стремился воплотить в жизнь самые смелые мечты. Только живя высокой идеей, мы способны изменить свою судьбу. Вот скажи, у тебя есть мечта?
Тёма слушал собеседника с раскрытым от восторга ртом. Как только наступила его очередь отвечать, мальчик опомнился, подпрыгнул, схватил Риту Иматрову за руки и встал перед ней на колени:
— Да, есть. И я устал молчать о ней. Маргарита, будь моей навеки!
К февралю развод был оформлен, и пылкому египтянину Дамиру Хассан удалось вырваться из душного Каира в промозглый Петербург. С Карденбергом он больше ни разу не виделся и после того инцидента с наложницами зарёкся работать на русских, у которых вместо имён тюремные клички. Его новой целью стала чистая биография, честный бизнес и спокойная семейная жизнь с России.
Дамир Хассан — Олин Спаситель — за полтора года разлуки вконец стал рабом пленительного образа Субботы. Он так и не сумел договориться со своим сердцем о безразличии к юной медноволосой принцессе и решил, что раз не удалось забыть Оленьку, то надо сделать всё, чтобы она его вспомнила и полюбила так же сильно, как он её. Так что при первой же возможности разведенец прибыл в Россию с обручальным кольцом. Теперь он стоял напротив её парадной. За время разлуки она, наверное, превратилась в такую умницу и красавицу, что Дамир не выдержит и вместо приветствия тут же сделает ей предложение.
Как же он скучал…
