— Заслужил. Я не одобряю притворство, — прямо сказал Ян, — но на моё отношение к тебе это не влияет. Главное, что ты здорова и честна со мной. Я ни за что тебя не предам. Только пообещай, пожалуйста, и впредь не лгать мне. С остальными можешь делать, что вздумается.
— Конечно.
— Мне важно, чтобы ты ответила честно ещё на один вопрос, — несмело прошептал Ян, сжав сухие ладони девушки. — Вопрос, которого ты постоянно избегаешь.
— Давай попробуем, — согласилась Джо.
— Ты за меня выйдешь? — тихо спросил Ян.
Джоанна блаженно улыбнулась, услышав заветные слова из уст влюблённого юноши, переступившего через свою гротескную нерешительность.
— Это просто любопытство или настоящее предложение? — поинтересовалась она.
— Предложение! — отчаянно воскликнул Ян и впился ладонями в её тонкие горячие бёдра.
Девушка на миг замерла. Поразмыслила.
— Нам по шестнадцать. Ты это серьёзно? — уточнила она.
Юноша твёрдо кивнул. Джоанна несколько раз задумчиво улыбнулась, утвердительно качнула головой своим же мыслям. Затем она наклонилась к Яну, обняла его за плечи и прошептала:
— Что за предложение без кольца? Дурачок.
Юноша отпрянул от неё и разочарованно вздохнул. Предавшись раздумьям на минуту-другую, он посерьёзнел, вскочил с пола и тяжёлой походкой направился прочь из комнаты. Джоанна вмиг пожалела о своей неудачной шутке, решив, что в этот раз наверняка перегнула палку, пытаясь поддразнить юношу. Она кинулась вслед за Яном.
— Янчик, — виновато позвала девушка. — Ты ведь знаешь, что я согласна. Ты ведь знаешь?
— Знаю. Подожди минуту, — Ян мотнул головой, не поднимая на неё глаз. — Ты права. Предложение без кольца — это пустые слова.
Он остановился в коридоре, встал на табурет, открыл дверцы антресоли и нащупал моток проволоки, достал его, захватил клей, еле вытащил из-под груды досок и рулонов обоев плоскогубцы и кусачки. Забежал на кухню, отыскал в ящиках пакетик лимонной кислоты и металлическую губку для полировки и вернулся в спальню. Джоанна пошла вслед за ним.
— Ты что, собрался мастерить кольцо? — прыснула девушка.
— Хоть какое-нибудь для начала. — Ян сел за стол, разложил инструменты и принялся гнуть проволоку плоскогубцами.
— Какой ты чудесный! — воскликнула Джо, села позади Яна и обняла его тощую спину. — А ты покрасишь проволоку в золотистый цвет? У тебя, кажется, был баллончик.
— После полировки она и так заблестит.
Джоанна устроила подбородок на его плече и, пока он не поднимая головы трудился над идеальным кругом из проволоки, сладко журчала Яну на ухо: «Люблю, люблю, люблю».
— Тебе достаточно обычного кольца, — спросил Ян, — или мне приклеить какую-нибудь бусину в центр, чтобы было похоже на бриллиант?
Клеменс засмеялась вместе с женихом.
— Достаточно!
— Тогда готово. Теперь надо отполировать.
— Не надо, и так сойдёт.
Ян встал на одно колено и выставил вперёд дрожащую руку с кольцом из ржавой проволоки.
— Джоан…
— Да! — девушка набросилась на Яна, повалила на ковёр и зацеловала, как котёнка. Яну не нужно было от неё ни признаний в любви, ни подвигов, ни клятв; когда лжец находит человека, с которым может быть откровенен, это и есть любовь.
Ян был единственным, кому Джоанна не лгала ни разу в жизни; теперь степень их доверия друг другу была столь высока, что ребята могли импровизировать на ходу во время очередной Джоанниной симуляции приступов. Клеменс, беспощадная паучиха, без зазрения совести заматывала Яна в шёлковые сети лжи, из которой мальчик не желал и не пытался выбраться. Он стал врать всем и каждому, дабы оставаться верным своей возлюбленной, и казалось, что мягкий характер его вот-вот должен испортиться, что на смену уступчивости и учтивости придут расчётливость и хитрость, а сам Кравченко превратится в бессердечного и жеманного подхалима. Но, к удивлению самого Яна, который был уже готов к подобным изменениям-жертвам, ничего такого не произошло. Он поиграл в лжеца, примерил на себя роль предателя, поставил несколько опытов над своей чистой душой и, хорошенько всё обдумав и взвесив полученные результаты, вернулся к прежнему состоянию — стал обычным тихим мальчиком, который любит свою семью и у которого от наглого вранья начинается икота и потеют ладони. Джоанна была удивлена его решению возвратиться в первоначальную зону комфорта, на что Ян отреагировал неожиданной репликой:
— Твой мир привлекателен, но до смешного ограничен. Давай теперь попробуем пожить честно, как я. И начнём с мытья посуды.
