Когда я поднялся на второй этаж, из-за поворота довольно шустро — раз в пятнадцать быстрее, чем мог бы двигаться обычный человек — выскочил зелёный рептилоид. Обдав меня порывом ветра, нападающий попытался полоснуть когтями по маске. Увы ему, но единственным успехом стала сломанная об тёмно-зелёную лапу новая дубинка. Пришлось обнажать меч.
Стоило признать, скрывать присутствие у ящерицы в костюме получалось — для своего уровня — неплохо: почувствовать недоброе намерение удалось лишь за пару секунд до атаки. Правда, сама атака оказалась на диво прямолинейной и неуклюжей; даже двигайся он раз в семь быстрее, ему бы это не помогло.
Проскочивший мимо изменённый резко развернулся. Чтобы остановиться, он присел, вцепляясь когтями в пол, создавая борозду из сломанных и вывернутых дощечек паркета. Последнее, кстати, говорило об отвратительном контроле своих сил. И ладно ветер — хотя даже на таких, относительно низких скоростях удобней и экономичней заставить воздух себя просто обтекать. Но столь паршивый контроль инерции… Как он до сих пор жив-то остался? Иметь скорость средненького Адепта с неплохими способностями к сокрытию при столь «великолепной» манёвренности… для нормального бойца — мягко говоря, странно.
Хотя где изменённый, да ещё столь сильно, а где нормальный боец?
— Мяс-со! — устрашающе прошипел нападавший. Ну, ему, наверно, так казалось. Я же только улыбнулась под маской.
Слишком потешно он выглядел. Зеленая морда рептилии, торчащая из тела, обряженного в деловой костюм тройку с красным галстуком на белой рубашке, смотрелась очень комично.
— Самокритично, — последовал насмешливый ответ. — А ты на что больше похож — на курятинку или свининку?
— Ты мясссо!!! — прохудившимся шлангом зашипел зелёный. Должно быть обиделся. — Ящер! Охотникс! — удар когтистой лапы в грудь.
«Бездарность ты, а не охотник. Хотя чего ждать от типичного представителя вашего вида? — мысленно хмыкнул я. — Тупой, но относительно сильный и наверняка весьма живучий».
Вообще Изменённые, они же Мутанты или Уроды (именование зависело от отношения говорившего), представляли собой достаточно редкое, но не уникальное явление. Чаще всего они рождались в деревнях рубежников, расположенных на границе территорий монстров, в племенах дикарей, живущих за этой границей, и изредка в городах.
С детства отличаясь сверхчеловеческой силой, ловкостью и живучестью, изменённые напоминали этим демонических зверей. Им даже тренироваться не требовалось! Платой за быстрый и лёгкий старт зачастую служил разум, что заметно ограничивало верхнюю планку развития, делая большинство из них тупыми и агрессивными, типичным примером чего и оказался человеко-ящер передо мной. В народе таких детей не любили, предпочитая от них избавляться.
Конечно, попадались и другие, не уступающие в интеллекте «чистым» людям, но редко. Если верить книгам с ознакомительной информацией и собственному опыту, то чем больше во внешности изменённого животных черт, тем больше их и в разуме.
Если так посудить, то с детства одарённые духовной силой — это те же изменённые, но сохранившие полностью человеческую внешность и разум. Мутанты не телом, но духом. Занятно. Мы с Акаме тоже, значит, попадали в эти ряды? Как и остальные ребята, наверное.
Идея, конечно, спорная, и если начать придираться, то так и половину населения к мутантам можно отнести, как обладателей неестественного цвета глаз и волос, но здравое зерно в ней присутствовало.
Ни я, ни сестра, ни остальные воспитанники Базы или Семёрки, сколько себя помнили, никогда не болели, оказывались заметно сильнее, выносливее и крепче других детей. Нельзя сказать, что мы с Акаме, пока жили в деревне, выделялись прямо-таки нечеловеческими возможностями. Но, например, в три года поднять и пронести почти полное ведро от колодца до дома — не представлялось для меня или сестры чем-то запредельным.
В общем-то, именно по таким критериям необычности люди из имперской разведки и отбирали претендентов.
«Надо бы родителей найти, если живы ещё», — мелькнуло в голове, когда моему противнику надоело ждать, когда я представлюсь (вот ещё не хватало — соблюдать воинский этикет с бандитской шавкой!), и он начал действовать… смачно плюнув мне в лицо!
«Да ты не Ящер, ты — Верблюд!» — сместившись с линии, хм, огня, краем глаза проводил белёсый сгусток, со скоростью арбалетного болта пролетевший мимо.
«Странный тип. Нормально двигаться не умеет, зато плюнуть наполненной духовной энергией слюной — пожалуйста!»
Сам любитель плеваться рванул следом за своим снарядом, чтобы через долю секунды кувырком врезаться в стену, по пути разнеся крупный горшок с каким-то разлапистым декоративным растением. Через мгновение после удара зелёный попытался вскочить, но смог только дёрнуться, издав болезненное полушипение, полустон. Ну да: странно вышло бы, поднимись он с повреждённым позвоночным нервом.
