Правда, чудилась в нём некая червоточина. Я недолюбливал бандитов в целом, но конкретный представитель вызвал дополнительную антипатию.
— Постойте! Произошло недоразумение, моя организация совсем не собиралась выходить из-под протекции ваших хозяев. — Речь главаря, как и его внешность, выгодно отличалось от рядового мяса, которое словно и говорить по-человечески не умело. Не то чтобы я был ханжой и не терпел мат, просто однообразные, повторяющиеся ругательства «быков» меня утомили и стали раздражать. Тумба-юмба, блин!
— Хозяев? — любопытно наклонив голову, я решил поддержать беседу, заинтересовавшись, за кого меня приняли.
— Прошу прощения, я хотел сказать командования. Поверьте, идея лечь под военных принадлежала моему помощнику. Когда я узнал об этом недоразумении, то сам собирался прислать уважаемому Полковнику его голову.
«Военные? Полковник? Куда я опять влез?»
— Да? — я, наклонив голову, изобразил интерес, разогнанное мышление помогало отслеживать реакции собеседника.
Назвать себя специалистом по части практической психологии вообще и полевых допросов в частности я, откровенно говоря, не мог никак. Но даже не обладая особым опытом чтения лиц мог уверенно сказать: главарь как минимум недоговаривает, пытаясь утопить своего помощника. Короткими репликами или движениями головы я подбадривал словоизлияния Кукольника, не говоря ничего конкретного в ответ. А тот словно цепляющийся за соломинку утопающий говорил всё больше и сбивчивей.
И как бы он ни старался изобразить спокойствие, было заметно, что мужчина смертельно напуган и готов пообещать что угодно, лишь бы выжить.
Как оказалось, я зря плохо подумал на старика Будо. Он и его люди не вели дел с бандитами (по крайней мере, с этими). Да и зачем, по сути, хозяину города, высшему лорду и просто богатейшему человеку до такого опускаться? А вот Служба Разведки оказалась вполне себе замешана в грязных делишках, контролируя и оказывая покровительство криминалу.
В общем-то, ничего удивительного и даже слишком предосудительного: контролировать организованную преступность всяко проще, чем толпу мелких беспредельщиков. Понятно, что радением за благо Отчизны там слабо пахло, но резоны Сайкю понятны. А вот что непонятно — какого неприличного органа туда пытался влезть Кокэй?
Именно люди министра обороны относительно небезуспешно пытались перехватить у разведки контроль над потоком контрабанды с юга. Нет, до меня, конечно, и раньше доходили слухи о какой-то совсем уж беспрецедентной жадности нового минобороны, который распродавал оружие чуть ли не складами. Чего там, и без всяких слухов я с ребятами ощутил качественный скачок в вооруженности мятежников, у которых внезапно появились автоматы, пулемёты и даже спецпатроны против воинов духа.
Но чтобы практически в открытую крышевать бандитов? М-да. Под всяким дном найдётся ещё одно дно…
В любом случае факт трений внутри фракции премьер-министра… интересен. Чем больше хаоса и сторон конфликта, тем лучше. По крайней мере, на начальных этапах. Вот потом, если всё выгорит, с этим хаосом придётся как-то бороться.
Что касается моего визави, то чем дольше я его слушал, тем большее он вызывал неприятие. Ощущение внутренней гнильцы только усилилось.
Нет, общайся с ним обычный человек — и он увидел бы спокойного, уравновешенного мужчину, не по своей воле попавшего в трудную ситуацию. Но если иметь возможность смотреть на допрашиваемого, словно в замедленной съёмке, становилось легко замечать периодические виляния взгляда и странные быстро подавляемые дёрганья. Я бы не поручился за свои выводы, но похоже, что бандит много врал.
Про своего сына он, кстати, даже не спросил, что тоже его хорошо характеризовало.
Кукольник мне не понравился. Он ощущался словно притворяющаяся камнем, покрытая пылью и подсохшая снаружи гнилушка. Пока не приглядишься, особой разницы не увидишь, но стоит надавить… Нет, долго терпеть такого подчинённого я не смогу. В отличие от Прапора, который в виде болвана выполнял свои обязанности даже лучше, чем с пробуждённым разумом, с этим неприятным типом пришлось бы много общаться.
«В Бездну этого уродца, лучше поработаю с его помощником! Ну, а если тот окажется таким же — выдою максимум информации и выброшу из коллекции, а спеца-порученца по криминальным делам найду позже».
— А? — бандит удивлённо посмотрел на пронзивший его грудь меч.
— Бэ, — выдернув меч, я по привычке осмотрел клинок и подавил желание пройтись по нему тряпочкой. В отличие от моей старой катаны Яцуфуса практически не нуждалась в чистке, с удовольствием впитывая попавшую на неё кровь. Но привычка есть привычка, вот я и порывался каждый раз протереть запачканное лезвие.
* * *
