Решено! Сначала зайду сюда, а потом в ресторан или кафе! Заодно можно спросить про продолжение «Сказания о герое копья», на которого меня подсадил Кей. Раз опять начались кошмары и сопутствующая им бессонница, можно побаловать себя развлекательным чтивом. Правда, сокоманднику разонравились новые части этой манги, где хентая и юмора стало заметно меньше, а войны, предательства и мрачности, наоборот, больше, так что продолжение приходится искать самостоятельно.
Тренькнул дверной колокольчик, и вместо пронизывающего ветра меня встретил сухой, пахнущий бумагой воздух, длинные стеллажи и коротающий время за книгой продавец.
«Да ладно?!» — застыв посереди шага на краткий, но субъективно растянутый в несколько сотен раз миг, удивлённо раздумываю: действительно ли мои глаза видят то, что на самом деле и как на это реагировать.
За прилавком сидел Лаббак. Член самой одиозной в Империи террористической группировки вот так запросто подрабатывал в книжной лавке Столицы.
«Надженда что, совсем не платит своим рейдерам, что они вынуждены подрабатывать? Может, и Булат таскает мешки на рынке? Угу, а Шелли с её тейгу-ножницами трудится в парикмахерской», — родив растерянную шутку, с трудом сдерживаю рефлекторный порыв призвать Яцуфусу и атаковать.
Бездумно лезть в бой — та ещё глупость. Во-первых, смерть Лаббака не входила в мои ближайшие планы. Во-вторых, неизвестно, один ли он на этой точке. Мысль о подработках являлась всего лишь шуткой, а вот насчёт присутствия Булата или иных убийц Рейда — уже нет. А в-третьих, управляющий невидимыми нитями тейгу зеленоволосого «книготорговца» давал слишком значительное преимущество в сражении на подготовленной территории. В халатность Лаббака, не позволившую ему подготовить магазинчик к возможному нападению, мне не верилось. Парень, несмотря на свой расхлябанный вид, являлся военным офицером с опытом реальных боевых действий, да и работу в Ночном Рейде списывать со счетов не стоило.
Развернуться и уйти? Можно. Информация об этой точке уже стоила многого. Но нужно ли? — хитро улыбнулась авантюрная жилка моей натуры. Почему бы не изучить потенциального противника в спокойных условиях и не попробовать оставить о себе хорошее впечатление? Лаббак, конечно, верный прихвостень Надженды, а значит, вряд ли захочет переходить на сторону печенек, но жизнь может сложиться по-разному. Всегда полезнее иметь запасной вариант, чем не иметь. Шанс на то, что мою физиономию могут узнать, я счёл незначительным: даже если парень видел мой портрет, то это далеко не фотография. Тем более мой нынешний имидж и поведение соответствовали скорее образу дочери дворянского рода Кори, чем убийце Куроме. Такая смена облика помогла отстраниться от происходящего на Базе и, подарив немного ностальгии, чуть приподняла настроение.
Также настроение поднимала мысль о том, что старая задумка — заказать часть неудобных чиновников Ночному Рейду — вдруг заиграла реальными красками. Осталось аккуратно потянуть за конец верёвки и, чуть его размотав, выйти на посредников и агентуру. А там — лёгким движением руки живые мятежники превратятся в немёртвых информаторов, главное потом устроить им достоверный «несчастный случай», чтобы не взбудоражить остальных. Да и Акаме не обрадуется, если узнает, что я ломаю её игрушки — или кто они там для неё.
С сестрой и без того неизвестно как сложится. Сегодня в газеты отправились несколько объявлений с шифрованными посланиями-просьбами о встрече, но даже если Акаме мониторит газеты, о которых упоминалось в переданном Булатом письме, встреча наша произойдёт не завтра. Пока еженедельное издание выйдет в тираж, пока сестра даст уже своё объявление с согласием встретиться, пока мы согласуем время. Не скоро, в общем. Да и учитывая нашу семейную упёртость и тягу к крайностям, как бы ни хотелось верить в обратное, сомневаюсь, что получится заставить глупую старшую сестрёнку признать мою точку зрения за один разговор.
«Ладно, не время и место об этом думать. Заходим, смотрим книги, сканируем магазин на нитяные ловушки и затаившихся революционеров, а дальше по обстоятельствам», — мышление вернулось в нормальную колею, а застывшая во времени нога, наконец, опустилась на пол.
* * *
Лаббак, доселе с интересом следивший за перипетиями детективного сюжета, отвлёкся на звон дверного колокольчика, который тренькнул в ответ на появление внутри его магазина посетительницы. Странное леденящее чувство заставило ощутить бегущие по спине мурашки.
«Ну и погодка», — зябко передёрнув плечами, он решил не смущать юную покупательницу в тёмном пальто и алом шерстяном шарфе слишком навязчивым вниманием и вернулся к книге, не забывая, впрочем, время от времени любопытно косить глазом.
