Из-за нас полностью

Единственное условие, которое выдвинул мне Бенджамин Аллен, – последний из списка должен страдать. Как именно, он не уточнил, сказал, что решать мне, но велел обязательно сказать перед его смертью фразу: «Бенджамин Аллен не прощает». Я не видел в этом смысла. Какая разница смертнику, по чьей именно указке его убьют. Эти слова даже не формальность, а пустое сотрясание воздуха, которое ничего не изменит. Но потом я выяснил, что тринадцатая жертва – мор, а не человек, и все прояснилось. Послание предназначалось не ему, а его семье. Они увидят последние моменты его жизни, и, естественно, «привет» от Бенджамина безошибочно дойдет до адресата. Я зря сомневался, Бенджамин никогда ничего не делал просто так.

Прошло три недели. Я исколесил четверть планеты и выполнил девяносто процентов заказа. Оставалось всего две мишени, сейчас я наблюдал за одной из них. Ничем не примечательный мор, который жил обычной жизнью вместе со своей женой. Они как раз покинули свой абсолютно обычный дом. Я проводил пару взглядом и, как только они зашли за угол соседнего дома, покинул салон автомобиля, взятого напрокат. Отмычкой вскрыл замок входной двери и попал в маленькую, но уютную прихожую.

Интересно, чем же ты не угодил Бенджамину? Я исследовал комнаты, но ничего подозрительного не нашел. Остановился у кровати в супружеской спальне и посмотрел на тумбочку, которая находилась с левой стороны. На ней стояло старое, еще черно-белое фото в рамке. Его настолько часто складывали пополам, что середину прорезала линия. На фото была изображена счастливая семья моров: отец, мать и двое детей не старше семи-восьми лет. Скорее всего, они давно уже выросли и выглядят ровесниками своих родителей. Внутри тумбочки я нашел обычный «Глок». Больше в комнате не было ничего интересного.

Я еще раз прошелся по дому и проверил каждый закуток. Я не любил сюрпризов. Чем больше информации на руках, тем меньше вероятность потерь с моей стороны. Я покинул дом и вернулся в машину. Теперь нужно дождаться, когда хозяин дома, мой номер двенадцать, останется один. Женщину я трогать не собирался. Но не из-за доброты душевной. Ее просто не было в списке.

В двадцать два года, когда я только начинал выполнять заказы Аллена, меня терзали чувство вины и опустошение. Меня мучили кошмары, иногда я думал, что вот-вот сойду с ума. Со временем это стало неважно, работа как работа. Возможно, я был ужасной личностью, но ничего изменить уже не мог. Да и не собирался. Бенджамин сделал из меня машину для убийства, неспособную на сострадание к своим жертвам.

Пара моров, за которыми я следил, практически не отлипала друг от друга. Все четыре дня, что я за ними наблюдал, они не расставались и на минуту. Они даже работали в одном и том же месте. Но сегодня супруга встречалась с подругами-людьми: если верить графику, который я видел на холодильнике, такие встречи проходили два раза в месяц.

Вечером женщина покинула дом, и там, в гордом одиночестве, осталась только моя мишень. Я выждал минут десять. Натянул кожаные перчатки, взял пистолет с глушителем, спрятал его под куртку и покинул машину. Уже знакомым способом открыл дверь и вошел внутрь. Из спальни до меня донесся голос мужчины:

– Милая? – Не угадал. – Ты что-то забыла?

Он чувствовал энергию крови мора, но она не принадлежала его супруге. Мор, встретивший меня в спальне, кинулся к прикроватной тумбочке, как только понял, что происходит неладное. Я знал, что там лежит пистолет, поэтому не мешкая выстрелил ему в руку. Он закричал от боли, но скоро рана заживет, так как пуля прошла навылет.

Мор сыпал проклятиями. А я думал, почему выстрел не в голову, а в руку? А потом сделал то, чего никогда раньше не делал.

– За что Бенджамин Аллен хочет твоей смерти? – спросил я.

– Что? Кто это? Я не знаю, о чем ты говоришь. Мы мирно живем, никого не трогаем, – кажется, он говорил искренне.

На секунду я задумался: может, спрятать его? Не убивать? Может, пришло время узнать, что делает Бенджамин, и найти другой способ освободить Лорел, а не следовать указке Тобиаса?

Но в следующее мгновение мор стремительно открыл тумбочку, достал пистолет и направил его на меня, и я откинул эту мысль. Он даже выстрелить не успел, повалившись на пол с новообретенным отверстием в центре лба. Пистолет – лучшее оружие, чтобы убить мора. Пуля остается внутри, и организм тратит энергию на то, чтобы заживить рану, но раз за разом не справляется. И в итоге мор умирает.

С людьми в этом плане проще, они умирают от всего, им только повод дай.

Я вернулся в машину и поехал в отель, чтобы выспаться перед перелетом в другую страну. Последняя моя жертва пряталась в Китае, но я и там ее найду и передам слова Аллена-старшего.