Другие верили и верят, что Изида опасалась напада́ть на них.
Это… Ирасуил считает, что возможно, но маловероятно.
Он не из тех, кто будет судить о ней опираясь на то, что она — женщина.
Изида для него — воин. Она давно доказала, что отличается, как и от большинства дурных деревенских девок и тех, кто нацепил на себя латы и возомнил выше мужчин, так и от таких воинов, которых, увы большинство. И при этом, почему-то, никто не осуждает этих мужчин за то, что они — ничтожества. Но будь среди них девка, все бы кричали, что ничтожна она из-за этого…
В общем, Ирасуил не верит, что Изида просто страшится его. Что не хватает ей силы и стойкости.
И это уже настораживает его.
Но есть многие люди, которые верят — Ирасуил расчётлив и умён. И потому Литора всё ещё процветает. И даже если страшится чего-то он, то найдёт решение. И пойдёт до конца.
И это так.
Он хотел и выстроил всё так, чтобы земли его лишь крепли из-за падения соседей, и в конце только Литора и Эзенгард остались равными и сильнейшими соперниками друг другу.
До цели оставалось немного. Литора росла, налаживала связи с теми, кто полезен ей, тянула щупальца к Эзенгарду. Выслеживая, незаметно выпивая соки, собирая под крыло своё врагов Изиды…
Пока не появился Анд со своими псами! Пока не опалило пламя войны его и невидимые щупальца Литоры.
И люди стали бояться, опасаться войны, которой никто не ожидал.
Но…
Не вышла же Изида и правда за того варвара?
Нет, Ирасуил не верит в это.
Он идёт по залу, не обращая внимания ни на кого.
А на него косятся враждебно, подозрительно.
Зато за ним следует его свита. А у замка ждут его воины. И много их осталось за вратами.
Но Ирасуил явился с миром.
Он останавливается у входа в большой зал, Изиде уже наверняка сообщили о его визите, наверняка она уже ждёт.
Он собирается с мыслями, прежде чем войти, ему требуется лишь пара секунд.
В чёрных коротких волосах блестит редкая седина. Свет факелов мерцает на стенах. Губы обветрены и кривятся в кривой, едва заметной усмешке.
А на плечо его ложится молодая, женская, узкая ладонь.
— Господин?
Он искоса смотрит на свою ведьму. Она в мантии, что похожа больше на многослойное тряпьё или перья. Лицо её скрыто под капюшоном, но волосы, серые от седины, волнами спускаются с плеч.
— Я уверен в своём решении, Миррала, — смахивает он с себя её руку, и перед ним распахивают дверь.
Изида прижимает Алукерия к стене, душит и пытается убить взглядом.
— Мне нужна вся твоя сила, демон! Как всё это, не вовремя, бляхя-муха.
Она принарядилась к приходу незваного гостя в своём стиле. Только теперь длинные прямые волосы распущены, а лоб стягивает серебряный обруч, украшенный камнями.
Правительница, всё же.
— Ты должен страховать меня!
Он смотрит на неё затравленно, что так несвойственно ему. И не вырывается.
— Сделаю что смогу.
— От этого зависит твоя жизнь! Или ты вздумал копыта отбросить?
Она отвешивает ему хлёсткую пощёчину, чтобы привести в чувство.
— Мне доложили, что он пришёл с ведьмами. Ну, это если не считать его армии!
Алукерий... всхлипывает, скулит тонко и жутко. Трёт щёку и кивает.
— Магии не бойтесь, в замке лишь одна. С улицы вам так просто ничего не сделают. Я буду рядом, госпожа.
— Только этого змея мне здесь не хватало! — она злится, отступает от демона, топает ногой, приближается снова. — А, может, убить его сейчас? Сколько с ним воинов? Отрубим голову змее, захватим Литору!
Но Алукерий скептически хмыкает.
— Люди Анда встревожены, подозревают всякое. Под шумок глядишь, и врагам помогут... Воинов много. Мы ещё не оправились до конца после прошлой войны. А это была бы война, а не одна битва. И хмырь этот явился с ведьмой наверняка для того же, для чего вам сейчас нужен я. Госпожа... — добавляет вдруг другим тоном, и будто ждёт разрешения продолжить.
Изида отходит от него.
— Ну что ещё?
— Я... — Алукерий сглатывает ком в горле. — Мне хочется... Изида, разрешите мне найти способ... дорогу туда, в тот её холодный край?
Сделать это без разрешения госпожи он не может. Алукерий служит ей, а значит привязан и к Эзенгарду. А вот если Изида даст разрешение...
Не то, чтобы он искал лазейку, как бы бросить её, нет. Изида ему даже нравится! После знакомства с Ирочкой он вообще стал замечать за собой того, чего демон замечать не должен. Но не думать, как попасть в тот мир, у него не выходит.
Правда ни это, ни причину этого сказать Изиде он не решится.
Ей требуется несколько секунд, чтобы понять, что он имеет в виду.
В ответ она одаривает его колким смехом. Улизнуть от неё? Ишь чего вздумал! Будет пахать как проклятый! Вечность!
И уходит. В тронный зал. Ждать очередного врага — конечно же.
Ирасуил заходит как раз в тот момент, когда она уже восседает на троне.
Прекрасная, будто богиня.
Ирасуилу даже не стыдно признать, что подобных ей он не встречал в своих землях.
Да и где бы то ни было ещё.
Он останавливается, в жесте приветствия и дружелюбия прижимает ладонь к сердцу и слегка наклоняется.
— Я рад быть здесь, великолепная Изида. Прими мои дары, окажи честь.
