Оказавшись снаружи, безголовые роботы немедленно принялись осматривать автомобиль и поврежденную ретрансляционную башню, а «кентавр» в это время сканировал Сульфата тонким зеленым лучом, вырывавшимся из его лба. Сульфат же неотрывно смотрело на Василия со смесью восторга и изумления на лице. Находясь в одиночестве уже продолжительное время, в тишине, которая прежде не посещала его даже во сне, без своих виртуальных собеседников, но зато в реальном, непреобразованном мире, каким оно не видело его уже много, много лет, Сульфат уже потеряло надежду, что священник вернется. Эта встреча стала для него сродни чуду.
Василий, в свою очередь, удивлялся тому, как быстро зажили ладони у Сульфата – на них не было ни царапины, когда Сульфат по просьбе «кентавра» поднял руки ладонями вверх. Более того, он заметил, что и дыра на пелерине тоже исчезла, а сама пелерина была теперь не жёлтая, как в момент их расставания, а розового цвета!
Вскоре на место аварии прибыл еще один фургон со всем необходимым для ремонта и двумя ремонтными роботами. Работа закипела как на конвейере: каждая машина знала свою задачу и выполняла ее самым эффективным образом, не теряя ни секунды на лишние движения. Один робот циркулярной пилой высекал столпы искр из помятого автомобиля, другой тут же ковырялся в электронике, третий шустро вскарабкался на вершину башни и чем-то там жужжал. Четвертый в это время вычистил салон и предложил людям сигарет и горячий энергетический напиток. От напитка, впрочем, Василий предусмотрительно отказался, помня угощения в полицейском участке.
Вскоре появилась связь, и Сульфат тут же включилось в непринужденную беседу со своей возлюбленной Манареллой:
– Да пошел ты аще! – истошно кричало оно. – Ты аще представить не можешь, что со мной тут было!
Похоже, Сульфат видело своего собеседника через очки, поскольку руками схватило воздух перед собой и несколько раз тряхануло.
– А мне аще чхать на это!
– Позвольте исследовать Ваш паспорт, – деликатно обратился к нему «кентавр».
– Ко-че, атвали! – крикнуло влюбленное создание своему невидимому собеседнику и охотно задрало рукав пелерины, показав на предплечье небольшую татуировку «DCLXVI». Робот прикоснулся к татуировке пальцем.
– Рад нашей встрече, господин Сульфат Метелина, – поприветствовал его робот и затем уважительно указал рукой на Василия. – Руководство ГПК от лица всего Человечества просит Вас доставить этого человека, куда он попросит.
– Да ну, мне… В Центр надо. Там Манарелла… Мне нужно… Она аще там…
– У нас свободное государство, – сухо напомнил робот. – Вы вправе отказаться, но, в случае выполнения этой задачи государственной важности, вы получите медаль «За заслуги».
– Медаль… – в глазах Сульфата так и заблестели два желтых кругляшка.
Ремонт был закончен, на него ушло всего несколько минут, хотя Василию показалось, что всё действо происходило лишь несколько мгновений.
– Щас, как «Лар» скажет, – решило Сульфат и легкой походочкой, как на подиуме, мурлыча что-то под нос, направилось к почти новенькому авто. Нежно проведя рукой по прозрачному куполу, оно элегантно ткнуло в дверь, и та откинулась.
– «Лар», тут это… Доставить, – говорило оно кому-то внутрь салона. – Служба, говорит. А мне в центр – там Манарелла. У меня с ним встреча.
Ноги его стояли снаружи на земле, в то время как верхняя часть туловища находилась внутри автомобиля. Всеми своими грудями Сульфат навалилось на спинку ближайшего к нему кресла и обняло его так, словно это был любимый человек.
Ответ последовал незамедлительно:
– Советую Вам доставить пассажира до места назначения, – прозвучал уже знакомый Василию гнусавый с металлическими нотками голос, точь-в-точь как в полицейском участке. – Таково распоряжение полковника Государственной охранной службы.
Сульфат, похоже, не сильно расстроилось из-за сорванной встречи с любимой.
– Садись, садись, – задорно, словно строчку весёлой песенки, пропело оно и вольготно раскинулось на переднем кресле. Все беды были позади, впереди были только радости и медаль! Если бы оно только знало, что ожидает его уже этим утром…
Священник сел рядом с ним, и автомобиль тронулся в обратном направлении от Центра. Странно, Василий ни разу не произнес имя Наместника, ни адреса, которого он, кстати, так и не узнал, но, похоже, это не волновало ни Сульфата, ни ту навигационную систему, которая управляла автомобилем.
– Сколько сейчас времени? – спросил Василий, которого, как ребёнка, начала забавлять возможность задавать вопросы в никуда и получать ответы из ниоткуда.
– Пять минут первого, – прозвучал металлический голос.
Василий невольно улыбнулся, ему захотелось спросить ещё что-нибудь. Интересно, знает ли система о пункте назначения?
– Сколько ехать? – спросил он.
– Приблизительное время пути – 56 минут.
«Полдвенадцатого я ещё был в участке, – прикидывал в уме Василий, – сейчас двенадцать, да ещё час пути, итого остается полчаса. Вполне неплохо! Можно просто сунуть грамоту Наместнику и уйти. Лишь бы он был дома».
