Склон горы не был крутым, но путешественникам пришлось изрядно потрудиться, чтобы достичь ее вершины, поднимавшейся на высоту нескольких километров. Наконец вершина приблизилась, и они переступили ровный край верхнего среза горы. Остановились, разглядывая неглубокий кратер под ногами.
Гора оказалась древним вулканом, а может быть, лишь имела такую форму. Но не сам кратер привлек внимание людей.
В центре кратера зияла дыра диметром в несколько сот метров, из которой торчал каменный столб с плоской вершиной. В центре площадки виднелся прозрачный параллелепипед длиной в сотню метров, похожий чем-то на гроб Святогора. А внутри параллелепипеда, как мошки в янтарь, были замурованы люди в знакомых пятнистых комбинезонах. Один лежал на боку, поджав ноги к груди, второй – помощнее и пошире – лежал ничком, сжимая в одной руке нечто вроде железной полосы.
– Папа! – тихо вскрикнул Будимир. – Дядя Толя!
– Вот это номер! – хмыкнул Ростислав. – Прости, что я тебе не поверил. Мы их искали в хроне Гагтунгра, а они оказались здесь, в Уппуме. Как это понимать?
– Время в разных хронах течет с разной скоростью, – отозвался мальчик, заворожено глядя на столб с прозрачным «гробом».
– То есть в Дигме оно отстает от других, так? Тогда это все объясняет. Мы только потеряли время, разыскивая твоего отца во владениях Гагтунгра. Мне кажется или в руке твоего папы меч?
– Они с дядей Толей тоже искали Финист... – Значит, они нашли его раньше. Если только это Финист, в чем я сомневаюсь. Будь у них оператор гипервоздействия, они не попали бы в ловушку. Ведь этот стеклянный «гроб» на самом деле... – Заклятие.
– Я так и понял. Уицраор все-таки заманил твоего отца мечом и запер.
– Здесь был Дуггур... я чую его запах... Надо их освободить!
– Сначала осмотрись, как бы не проворонить охрану или замаскированное взрывное устройство.
– Никакой охраны здесь нет, заклятие недоступности сродни тому, что удерживало Святогора. Оно не поддается нейтрализации.
– Гроб Святогора мы тем не менее развернули, развернем и это дьявольское укрытие. Я помогу. Подойдем поближе?
Без лишних слов Будимир начал спускаться в кратер. Светлов за ним. Остановились у края обрыва в огромный колодец, из которого вырастал двухсотметровой толщины столб с плоской вершиной.
– Начали?
– У меня мало сил... – почти неслышно проговорил Будимир, кусая губы. – Но другого выхода нет... Поддержите меня, дядя Слава.
– Не волнуйся, я рядом.
Ростислав вошел в «саммай» – состояние и через несколько секунд объединил свое пси-поле со сферой экстравидения Сухова-младшего. Оба вспыхнули, заставляя пространство Маана судорожно дергаться и вибрировать, направили поток объединенной воли – силы на стену прозрачного «гроба».
Борьба двух видов энергии длилась долго.
В конце концов Ростислав перестал ориентироваться в этом процессе, просто следуя за волей Будимира и щедро отдавая ему свою энергию. Затем сознание его помутилось, и он пропустил момент, когда сопротивление заклятия оказалось сломленным и прозрачный параллелепипед над пленниками, вспыхнув, исчез.
Очнулся Светлов от притока свежего холодного воздуха. Автоматика скафандра пыталась оказать хозяину первую помощь. Вяло двигаясь, он заставил себя оглядеться, сел, не спуская глаз с тела мальчика в серебристом костюме. Позвал хрипло:
– Димка, ты живой?
Мальчик не пошевелился. Он тоже был без сознания. Светлов с трудом подполз к нему на четвереньках, потолкал в плечо, разглядывая бледное до синевы лицо парня.
– Дима, очнись! Кажется, мы все-таки убрали дуггуровское заклятие.
Молчание.
– Дима! Избавитель! Вставай! Пора идти выручать батю!
Будимир вздрогнул, судорожно вцепился в руку Светлова, закашлялся до слез, открыл глаза.
– Дядя Слава... – Все в порядке, дружище, у нас получилось. Заклятие нейтрализовано Теперь надо покумекать, как нам перебраться на этот столб. Не пришлось бы вызывать кого-то из помощников.
Будимир вдруг замер, глаза его расширились.
Ростислав оглянулся и увидел над краем каменного столба две фигуры в камуфляжных комбинезонах – одну повыше, вторую пониже. Это были Никита Сухов и Такэда.
– Папа! – ахнул Будимир, подхватываясь на ноги, и вдруг поднялся в воздух, пушинкой перелетел бездну, отделяющую столб от кромки кратера. Бросился на грудь отцу.
Ростислав свернул шлем, сделал официальное лицо и стал ждать, пока на него обратят внимание.
Рука затекла.
