Ростислав оглянулся на потянувшегося под одеялом Будимира. Вряд ли он смог бы признаться мальчику, что у него мелькнула мысль о женщине.
– Пошел вон, дурак!
Привидение отшатнулось, заколебалось дымной струей и втянулось в дверь. Вряд ли автоматика «гостиницы» разбиралась в нюансах человеческой психики, реагируя на желания гостей, но все же следовало контролировать свои мысли пожестче.
– Доброе утро, – сказал Будимир, потягиваясь и протирая глаза кулаками. – Кто к нам приходил?
– Служитель, – отвел глаза Светлов. – Хотел, наверное, предложить райское наслаждение. Умывайся, делай зарядку и настраивайся на работу. Мне надо окончательно разобраться с экстра-сенсорикой. Сеттутеп слегка подрегулировал какие-то психические механизмы, но не довел дело до конца.
– Я... боюсь, – простодушно признался мальчишка.
– Ничего, справишься, руку ты мне вылечил, значит, и с психикой разберешься.
Ростислав принялся делать обычную утреннюю зарядку, чувствуя переливавшуюся в мышцах силу. Таких приятных ощущений он не испытывал уже давно и с удовольствием двигался, показав заинтересованно наблюдавшему за ним парню каскад приемов русбоя из арсенала «НМБ» <НМБ – техника синхронного «прилипания» к противнику, называемая в русских стилях «не может быть»>: удары наносились так неожиданно и из таких невероятных положений, что заблокировать их, перехватить или уклониться не представлялось возможным.
– Здорово! – похвалил старшего товарища Будимир. – Вы делаете это почти как папа.
– Ну, я показал всего лишь ката, – сказал Ростислав, отметив слово «почти», – то есть демонстрационную «версию» системы. В реальном бою такой чистоты приема добиться невозможно, да и скорость его проведения требуется иная. Как твоему отцу-танцору удалось стать мастером боя?
– Он самый сильный мастер! – убежденно, с гордостью ответил мальчишка. – Его никто не смог победить! А учил его сначала дядя Толя, а потом другие мастера.
– Да уж, Путь Меча удается пройти далеко не каждому, – кивнул Ростислав, не чувствуя ни зависти, ни обиды. – Судя по рассказу Такэды, твой папа действительно превзошел многих, даже Великих игв победил. Хочешь, научу тебя кое-каким приемам?
– Не-а, – со свойственной ему простотой ответил Будимир. – Я знаю все приемы всех видов борьбы, мне не надо учиться.
Ростислав озадаченно посмотрел на мальчишку: высокий, но худенький, почти без мышц, он не производил впечатления борца и казался трогательно незащищенным.
– Кто же тебя тренировал? Дядя Толя или отец?
– Никто, – улыбнулся мальчик. – Знание воинских искусств у меня наследственное, записано в генетической памяти. Я в любой момент могу перевести его в сознание. Только мне это совсем не нужно.
– Понимаю, – пробормотал Ростислав. – Магу действительно необязательно знать приемы боя, он может защитить себя другими способами. Ладно, я в душ, а ты хотя бы помахай немного руками и ногами, растяни связки, по утрам это делать полезно.
Он умылся, привел в порядок костюм, проверил экипировку, и путешественники сели за стол. Но вызывать обслугу «гостиницы» не стали, предпочтя позавтракать тем, что у них было с собой. Когда пили родниковую воду из фляги Веселина, Светлову показалось, что он глотнул кипятку. Вздрогнув, выдохнул воздух, прислушиваясь к себе. Мир вокруг на мгновение посветлел и расплылся, и сконцентрировать его удалось не сразу.
Ростислав с подозрением посмотрел на спокойно пьющего воду Будимира.
– Ты ничего не заметил?
– Нет, а что? – спросил мальчик невинным тоном.
– Ты на меня посмотрел. – Ростислав погрозил ему пальцем. – Предупреждать надо.
Уши Будимира вспыхнули.
– Извините, дядя Слава, я не нарочно... Ваша экстрасенсорная система срабатывает произвольно. Я просто подумал о вас... и о вашем состоянии... – Это хорошо или плохо? Я имею в виду – мое состояние, а не то, что ты подумал обо мне.
– Чувствительность вашей нервной системы повысилась, и вы реагируете на тонкие сдвиги полей. Это хорошо. Легче будет установить оптимальный баланс сознания и надсознания.
– Тебе видней. Ты готов?
Будимир неопределенно повел плечом.
– Я инициирую процесс подстройки, остальное будет зависеть от вас.
– Тогда не тяни время, начинай, пора выходить в космос собственной психики без проводников.
Будимир глубоко вздохнул, глаза его наполнились прозрачным янтарным сиянием, и Ростиславу показалось, что голова его разделилась на две самостоятельные части, стремительно превратившиеся в две вселенные – вселенную света и вселенную мрака.
Все ощущения, связанные с жизнью тела и его органов, исчезли. Тело растворилось в пустоте, перестало существовать. Мысли странным образом соединились в кольца и начали вращаться вокруг вселенных, как спутники вокруг планет.
«Рассредоточение», – прилетела извне чья-то чужая мысль.
Ростислав с трудом заставил себя не думать о конкретных проявлениях психических аберраций, воспринимаемых как вселенные света и мрака. Мысли расплылись облачками дыма, перестали вращаться по орбитам аналогий и стереотипов. Сознание померкло.
«Собраться в поток», – проявилось еще одно слово-мысль, пришедшее из внешнего пространства.
