Из всех полетов по Киннату этот производит на меня самое яркое впечатление. Не знаю, почему именно. Может, потому что я уже немного ко всему привыкла. Настолько, что и сама мысль о полете не кажется пугающей. Или из-за того, что в этот раз я лечу не в какой-то машине, пусть и супер-мега-необычной, а вот просто так. И даже облака могу потрогать, когда мы оказываемся в очередной их куче, чтобы убедиться, насколько они холодные и колючие, несмотря на обманчивую внешнюю пушистость и мягкость. А, может, все дело в том, с кем я лечу? Хотя, правильнее сказать, на ком. И невысказанная шутка, что я тут села на шею дракону и ножки свесила, вызывает на лице невольную улыбку.
Но в этот раз даже страх высоты куда-то отступает, позволяя забыть о любых проблемах и просто насладиться путешествием. Единственное, что его все-таки немного омрачает - что рядом нет никого, с кем бы можно было бы разделить восторг. Потому что в облике дракона Дэрек может только рычать. Да и вся дорога на нем. Значит, с ним так просто не поговоришь, пальцем в проплывающие под ногами пейзажи не потычешь и радостно не заорешь «Ой, смотри! Смотри какие!». А мне, порой, так сильно хочется это сделать, что я даже мечтаю, чтобы можно было полететь с ним еще, но только чтобы он сидел рядом...
И, кажется, Дэрек это немного разделяет. А, может, просто хочет произвести на меня впечатление. Потому что летим мы по какой-то причудливой дуге и таким образом, что Киннат, который он мне показывает, совсем не тот, который я видела с окон тарелки или космобайка.
Это какие-то другие горы, леса, поля, моря и реки. И чтобы мне было еще интереснее и веселее, Дэрек то опускается чуть ниже, позволяя разглядеть стайки летающих рыб, похожих на серебристых дельфинов, выпрыгивающих из воды и зависающих в полете. То показывая стада пасущихся волов с такого расстояния, что, кажется, захоти я, могла бы спрыгнуть с дракона на одного из них и уцепиться за огромные рога. А то поднимается над горными хребтами так, что те кажутся всего лишь песочными холмами.
Еще почти все людские поселения мы облетаем на большой высоте. Исключения составляют несколько огромных замков и один не очень широкий, но высокий город, который радует меня стеклобетонными небоскребами в двадцать этажей. И я потрясенно смотрю на то, как в его окнах скользит отражение черного дракона. Сюрреалистичная картина.
И там, и там Дэрека встречают низкими поклонами, а провожают задумчивыми взглядами. Из чего делаю вывод, что либо он – хозяин этих земель, либо в очень хорошим с ним отношениях.
Но всему хорошему приходит конец. И куда быстрее, чем мне хотелось бы, мы все-таки подлетаем к Парящему Острову.
Тот никуда не делся. И висит все там же точь-в-точь такой же, каким я его запомнила. Дэрек облетает его, то ли выискивая более удобное для приземления место, то ли делая круг почета специально, потому что с каждым взмахом огромных крыльев мы оказываемся чуть ниже.
Опускаемся на широкую мощенную камнем дорогу рядом с площадкой-стоянкой, которую Одар называл полигоном. Вижу, что теперь та почти вся заставлена космобайками. Немного разными по цветам, формам и деталям. Но, в целом, одинаковыми. Значит, все или почти все шаны здесь.
Внизу нас уже ждут. Вижу кучку из пяти «гендальфов» в серо-белых хламидах. И, кажется, даже сквозь такое расстояние слышу недовольное бормотание длиннобородых старичков.
Но не их возмущения рождают где-то в области груди неприятное тянущее ощущение. А вид Макса, стоящего чуть в стороне и неотрывно следящего за складывающим крылья и переступающим с ноги на ногу драконом.
Дракона и меня на нем на миг обволакивает тенями, а когда они развеиваются, то я оказываюсь стоящей на ногах, но в объятьях Дэрека. И ощущение крепких рук, удерживающих за талию, конечно, успокаивает, но предчувствие беды никуда не девается.
Может, из-за того, что замечаю, как ждущие нас старцы тут же приходят в движение и уже чуть ли не бегут к нам? Хотя, точнее, они важно вышагивают, надменно посверкивая глазами в адрес Дэрека. Такое чувство, будто он их дико раздражает. Макс же, наоборот, замер, истуканом. И так и стоит в стороне с нечитаемым выражением лица.
– Все прошло хорошо? – шана же, кажется, интересует только мое состояние.
– Да. Это было замечательно! – честно признаюсь, вкладывая в ответ как можно больше чувств. Хотя в этом нет и доли восторга, который вызвал полет. Мне кажется, во всех мирах нет таких слов, чтобы я смогла передать это.
Дэрек же слабо улыбается.
– Прекрасно. Готова?
«К чему именно?» – хочу спросить. Но не успеваю.
– Как это понимать, ваша милость? – встревает какой-то старец, отличающийся от коллег более вычурной вышивкой на балахоне. И при этом он таращится на шана так, как третья кошка из сказки про огниво.
– Понимать, что? – Дэрек смеряет того взглядом, в котором и без магии достаточно льда, чтобы заморозить полмира. – То, что вы сейчас вмешались в
