Все, кто пришел с ним, сейчас медленно растекались по центру помещения, окружая и шеда Говарда, и Винса. Я вопросительно посмотрела на маму, но та сосредоточенно следила за обоими молодыми людьми. Никогда еще я не видела ее такой… грозной. В повседневном общении как-то совершенно забывалось, что наполовину она тоже верховная жрица Некроса.
– Какого ответа вы ждете? – немного растерянно и лишь малость испуганно спросил в ответ Говард. – Я не понимаю, что вы хотите сказать?
– Я жду ответа на очень простой вопрос: являлась ли вам ваша богиня и обещала ли дополнительную силу и влияние в обмен на помощь? Например, на взлом защитного контура вокруг моего замка в ту ночь, когда к его границам подошел туман?
– Вы несете какой-то бред, шед Фолкнор! – Говард нахмурился, губы его презрительно скривились.
– Мне нужен ответ: да или нет, – усмехнулся отец, делая едва уловимое движение рукой. В его ладони засверкал пока крошечный шарик трескучего синего огня.
Говард заметил его появление, медленно попятился и только теперь осознал, что его окружили.
– Нет, – твердо ответил он, но по участившемуся дыханию и было слышно, что он занервничал.
Хотя… Он оказался один против семерых. Я бы на его месте тоже занервничала, независимо от того, есть мне что скрывать или нет.
– А это вообще все еще вы, шед Говард? – поинтересовался Некрос со своего места. – Или нам лучше звать тебя Гатред?
– Что здесь происходит? – на этот раз удивление настигло Винса. – О чем вы говорите?
Некрос перевел внимательный взгляд на него, а отец тем временем пояснил:
– Мы теперь точно знаем, что в наш мир проник именно Гатред, и предполагаем, что он вселился в шеда Говарда. Причем для начала шед Говард добровольно сделал все необходимое, чтобы у стража появилась возможность в наш мир попасть. Договаривалась с ним Ласка через путешествие духа, которое он так удачно нам… точнее, вам с Лорой подсунул.
– На самом деле, я по-прежнему в равной степени подозреваю вас обоих в сговоре со стражами, – педантично уточнил Некрос. – Но то, что перед нашим появлением из вас двоих именно шед Говард был против уничтожения кристалинов, смещает подозрения в его сторону.
– Да не вступал я ни с кем в сговор! – вполне натурально и чуть более испуганно, чем до этого, возразил Говард. – И никто в меня не вселялся!
– Тогда откуда вдруг такое сочувствие к чужим сущностям, которые стремятся получить новые тела? – спокойно поинтересовался Некрос, снова сверля взглядом его.
– Неужели у вас они сочувствия не вызывают? – в тоне Говарда возмущение и испуг уступили место досаде и недоумению. – Вы ведь и есть Некрос, так? Это же ваш народ! Они живые. И они так долго ждут вселения, шанса продолжить отнятую жизнь. Они доверились вам, а вы их хотите уничтожить? Вот так, беспомощными…
– Я хочу
– За себя решайте, как хотите, – отмахнулся Говард. – Но массовые казни невинных никогда не казались мне правильными.
В подземелье повисла тишина. Я была вынуждена признать, что смысл в словах Говарда был, и, наверное, его желание защитить сущности в кристалинах можно счесть вполне естественным. Оно не доказывало того, что он – Гатред.
Судя по всему, так решила не одна я.
– И что дальше? – спросил отец у Некроса. – Как нам понять, кто перед нами: восторженный мальчишка или чересчур хитрый страж?
Меня этот вопрос тоже волновал, но на мгновение я непроизвольно отвлеклась. После того, как родители, дяди и Некрос окружили Говарда и Винса, я оказалась ближе всех к проходу между стеллажами, который вел к выходу. И сейчас мне послышалось, что в подземелье спустился кто-то еще. Я обернулась: в проходе никого не было видно. Он изгибался так, что дверь пряталась от моего взгляда, но я была почти уверена, что слышала чьи-то шаги.
Я уже собиралась пойти и посмотреть, как услышала равнодушный голос Некроса:
– Единственный достоверный способ – убить его и посмотреть, выйдет ли страж. Если он внутри, то выйдет.
Ноги так и приросли к полу, я испуганно посмотрела на Некроса. Его лицо, покрытое вязью проклятия, выглядело совершенно невозмутимо. А вот Говард заметно побледнел, я смогла определить это даже в холодном сиянии кристалинов.
– Но так нельзя, – возразила я. – А если он не виновен?
– Получится весьма неловко, – пожал плечами Некрос.
Его холодное спокойствие напугало меня. Впервые я задумалась о том, понимаю ли его истинную суть? Он всегда хорошо относился ко мне и к своим людям, но сейчас демонстрировал беспристрастность и равнодушие истинной Смерти.
– Вы этого не сделаете, – немного неуверенно и на этот раз уже очень испуганно заявил Говард, тревожно крутя головой, потому что отступать ему было некуда. – Сумрачный вас побери, да уничтожайте вы эти кристалины! Только меня не трогайте!
