Неожиданно все вокруг почернело, раздался гром, промелькнула ослепительная молния, и Великие часы пробили двенадцать ночи. Открылись окна циферблата, в которых один за другим, важно прошествовали все 12 апостолов. А когда они исчезли, добрый Скелет ехидно хихикнул, напоминая нам, что все в жизни бренно и имеет конец. Смерть? – Нет. Наказание за грехи.
Уже привыкшая к полетам Элиза, не заметила, как они спустились с Ратуши и теперь стояли на мокрой брусчатой мостовой.
– Сейчас мы должны исчезнуть, Элиза. У нас осталась буквально одна секунда, – сказала Либуше. – Мы никогда не забудем того, что ты сделала для нас. И я верю, что Господь никогда не оставит тебя. Возьми. Это тебе от нас на прощание.
И Либуше протянула Элизе три маленьких блестящих камешка: серебристый, розовый и голубой.
– И запомни, Элиза. Ищи прекрасное в своей жизни, и тогда уродливое перестанет существовать для тебя. Назови семь самых любимых слов, запомни их и повторяй, когда тебе станет грустно. И потом ты еще не сыграла свою мистерию жизни.
Либуше, Кази и Тетка поцеловали Элизу и тут же взмыли в воздух. Элиза долго наблюдала за их полетом, пока в небе не остались только три цветные точки.
А в этот момент в синем, послегрозовом небе взошла Великая Вифлеемская звезда, возвестившая о Рождении Спасителя.Спрятав камешки в карман, Элиза побрела в свою гостиницу, до которой было не так далеко, потому что она располагалась в центре Праги. Войдя в небольшой старинный особняк гостиницы под смешным названием «Чертовка», Элиза подошла к портье, назвала свое имя, номер брони и получила ключи от номера.
– Не забудьте, мадам, вы уезжаете завтра вечером, – предупредил портье.
– Не забуду, – грустно ответила Элиза.
– Спокойной ночи, мадам, – вежливо ответил портье.
– Спокойной, – ответила Элиза.
Войдя в свой небольшой уютный номер с видом на речку, Элиза швырнула в сторону сумку, скинула одежду и, повалившись на широкую кровать, тут же уснула. Ей ничего не снилось.
Проснулась Элиза только в полдень от дикой головной боли, такой сильной, что даже не могла пошевелить головой. Тогда собрав последние силы, она дотянулась до телефонной трубки и попросила принести ей в номер горячий крепкий кофе, коньяк, несколько легких сэндвичей и три болеутоляющих таблетки.
Вышколенная официантка через пять минут принесла заказ, аккуратно поставила его на инкрустированный столик и бесшумно удалилась.
Элиза выпила кофе, и ей стало полегче. Даже головная боль, как будто бы, немного утихла. Потом она выпила все три таблетки и стала ждать, когда боль утихнет совсем. Элиза закрыла глаза, стараясь ни о чем не думать, потому что настоящее, прошлое и будущее смешались в ее трехмерных мозгах, еще неспособных принять все сложности параллельных миров.
Наконец, почувствовав себя получше, Элиза побрела в ванную, набрала воды и с визгом человека, который после долгих лет скитаний снова, наконец, вернулся к чудесам цивилизации, нырнула в зеленую воду и включила гидромассаж. Лежа в ванне и потягивая дорогой коньяк, Элиза ощущала себя наверху блаженства.
«Ну, даже если это не сон, и я там действительно побывала, что из того? Главное, никому не говорить об этом», – рассуждала про себя Элиза, боясь, что люди неправильно ее поймут и сочтут за безумную. Смывши с себя средневековую пыль, Элиза вышла из ванны, насухо вытерлась мохнатым бананового цвета полотенцем и стала тщательно наводить макияж. Закончив со своей внешностью, Элиза спустилась в расположенный в холле гостиницы бутик, купила себе новые модельные джинсы и, поддавшись уговорам продавщицы, разорилась еще на совершенно потрясающую широкую модную блузку из сиреневого шелка и новые туфли.
Вернувшись к себе в номер, она тут же примерила обновы и, оставшись довольна собой, подумала:
«Все это глупости и плоды воображения», – думала Элиза. – «Вот, что делает с человеком усталость. Надо просто меньше работать и меньше грузить свои мозги идиотскими мечтами. И вообще, больше ходить по земле, а не летать в облаках».
От этих приятных мыслей ее оторвал телефонный звонок.
– Алло? – спросила Элиза.
– Элиза, я люблю тебя! – раздался голос Карла откуда-то издалека.
Элиза рухнула в кресло и, не мигая, тупо уставилась в пространство. Неизвестно, сколько бы она вот так просидела, если бы к ней не пришел портье и не сообщил, что ее самолет вылетает через два часа.
Уже не думая ни о чем, Элиза быстро побросала вещи в сумку, оплатила счет за лишние проведенные сутки, вышла из гостиницы и села в первое попавшееся такси.
– До аэропорта, быстро, – сказала Элиза.
– Сделаем! – пообещал веселый водитель.
Когда они ехали по набережной Влтавы, у Элизы как-то странно защемило сердце.
