Михал стряхнул с идеально выглаженного дорогого пиджака несуществующую пылинку и с улыбкой покосился на Марту.
– Я похож на того, кому не хватает денег?
– Денег никогда не бывает слишком много, – она пожала плечами. Потом снова с интересом уставилась на него. – Значит, ты веришь в настоящую любовь? В ту, которая от сердца, а не для облагораживания похоти? По собственному опыту или так?
– Какая разница? – внезапно огрызнулся Михал, утыкаясь в ноутбук. – Соглашаясь на инициацию, я отказался от возможности любить. Потому что для полноценной любви все же нужно быть одним видом. Даже вампиры, влюбляясь в смертных женщин, могут сделать их вампирами. Женщин, прошедших полуобращение, я не встречал. Так что все, что я могу предложить, – он снова посмотрел на нее, на этот раз даже без следа улыбки в глазах и на губах, – только секс.
– Мне подойдет, – Марта криво усмехнулась, но сразу поторопилась сменить тему: – Так что там с этими вампирскими детьми тогда? Как о них может существовать легенда, если само их зарождение невозможно?
– Вот поэтому меня и заинтересовали работы Северинова, – с удовольствием сменил тему и Михал. – Он утверждал, что возможно создать ребенка путем клонирования генетического кода родителей, взятого из любой клетки организма. В том числе, и из мертвой. Понимаешь?
– Его работа может сделать существование такого ребенка – реальностью, понимаю, – Марта кивнула. – Но зачем это вампирам?
– В легенде говорится, что именно этот ребенок сделает вампиров всемогущими и погубит человеческий род. Нет на свете воина, способного победить его.
– Значит, в этом цель конкурса? – после непродолжительного молчания резюмировала Марта. – Они хотят привести в этот мир вампирский вариант Антихриста?
– Очень на то похоже. Не понимаю только, зачем для этого устраивать подобное шоу? По-моему, проще было найти девушку без всяких конкурсов и сделать все тихо. Возможно, даже не спрашивая ее согласия, а не выбирать из самых известных и богатых детей России, да еще и транслировать это всему миру. Наверняка у Константина есть для этого причина, едва ли он задумал все это просто из любви к искусству, он никогда не походил на суицидально настроенного идиота. В любом случае, победительница конкурса не просто выйдет замуж за Алекса. Она станет матерью его ребенка, который погубит этот мир.
– Нерадужная перспектива, – она потерла рукой лоб. – Черт, надо как-то всему этому помешать. И понять, куда все-таки исчезают девушки после конкурса. И те, кто приехали с ними, там же куча народа. Если их выпивают и обращают в низших, то где их держат? Для чего?
Михал снова с интересом посмотрел на нее.
– А что стало с планом «забрать Виолетту и свалить»? Ты теперь собираешься спасать человечество?
– Я как бы все еще являюсь его частью. Да и Виолетта тоже. Некоторые угрозы проще задавить в зародыше, чем бороться с ними, когда они коснутся напрямую.
– Не думаю, что тебе придется бороться с ними напрямую. Полагаю, эта война – дело не одного века. Тебе хватит времени дожить до старости. Вполне возможно, что и мне тоже.
– Доживать до старости людям моей профессии доводится не так часто. – Марта посмотрела на часы, на которые ей удалось не обращать внимания целых двадцать минут, однако сейчас ей почему-то снова захотелось сменить тему. Над своим внезапным желанием спасти мир она лучше подумает в одиночестве. – Сколько еще ждать? Когда их должны забрать?
– У них три часа на выполнение задания. Так что еще около сорока минут. Есть идеи, чем займемся?
– Извини, – Марта решительно встала, – придется тебе развлечь себя самому. Мне нужно подумать.
Когда волк прыгнул на нее, Виолетта дернулась назад и, потеряв равновесие, упала на спину. Она инстинктивно сжалась, зажмурилась и закрылась руками, но острые клыки так и не вцепились в нее, зато несколько горячих вязких капель упало на кожу. Снова открыв глаза, она увидела Алекса, стоявшего над ней с окровавленным мечом в руках. Ее одежда и руки оказались забрызганы кровью, а чуть в стороне лежало обезглавленное тело волка.
– Ты в порядке? – поинтересовался Алекс, протягивая ей руку. – Не ушиблась?
– Ничего я не в порядке! – взвизгнула Виолетта, однако за руку Алекса все же ухватилась, чтобы он помог ей подняться.
– Что случилось? Ты поранилась? – заботливо поинтересовался тот и чуть потянул носом воздух. – Я не чувствую запаха твоей крови.
– Я испугалась! – Виолетта попыталась стряхнуть с себя кровь волка, но быстро поняла, что той слишком много, и она уже пропитала одежду. – Я думала, ты меня бросил!
На лице Алекса отразилась смесь удивления и обиды.
– Ну что ты такое говоришь? – огорченно протянул он. – С чего вдруг я должен был тебя бросить? Я же объяснил тебе свой план.
Виолетта почувствовала, как по щекам потекли горячие слезы. И даже не от испуга, а от осознания того, что Марте все же удалось зародить в ней сомнения в Алексе.
– Марта считает, что весь этот конкурс – сплошная подстава, – призналась она, размазывая слезы по щекам и чувствуя себя в этот момент маленьким перепуганным ребенком.
