"Угу. Не первый ты у меня такой, великий и ужасный. Минут десять или чуть поменьше помотать бы не спеша. Только чтоб крюки его по мне не особо сильно доставали. Придется попрыгать и побегать. Ну да ничего. Сперва, технику этого красавца посмотреть да примерную концовку прикинуть, вот тогда уже… тогда уже можно будет дыхание этому кенгуру сбивать, и скорость ног ему слегка поубавить. А потом… потом воспитывать буду засранца. С чувством, с толком, с расстановкой". Пара зрителей благородно молчала, не мешая двоим "гладиаторам" своими непрошеными советами. Представление началось по команде Льва.
Буланов порхал мотыльком. Павла уклонялась от атак, чувствуя, что момент удобный для ее контратаки пока еще далек. Боксер удивленно выгибал бровь, и кривил губы.
— Верткий ты оказывается, Пашок. Не знал, не знал. Ничего, все ж, достану я тебя.
Роман дрался не спеша, в слегка изучающей манере, даже иногда провоцируя на атаку. Он часто атаковал в открытой стойке, судя по движению ног, готовясь быстро разорвать дистанцию в случае атаки противника. Когда ему надоедало ждать атаки, шел вперед, проводил серию ударов и тут же уходил в оборону. Павла не торопилась, ставила блоки и уклонялась. В плечи ей несколько раз прилетало, но от ударов в голову она умело уходила. Дистанция боя пока была от дальней до средней. На серии ударов противника она отвечала имитацией атаки, и нарочито старалась развернуть противника лицом к солнцу. Тот вроде понял эту тактику, и даже слегка улыбнулся собственным наблюдениям, продолжая давить своими наскоками. Время шло. Бой уже прогулялся по половине территории двора. Захламленных участков территории Павла старательно избегала. "А то поскользнешься, упадешь еще, а этот "обезьян" возьмет и воспользуется".
— Куда ж ты, Паша, от меня все бегаешь? Остановись ты чудак, передохни чуток. Если совсем устал, можешь тайм-аут попросить, я сегодня добрый.
"Мели Емеля! Поболтай, потреплись "чуток", говорливый. Я-то свое дыхание сбивать не буду. Оп! Ну что, снова не завязался у тебя боцман красивый морской узел? А вскользь оно и не считается. Подумаешь, царапнул". Павла приняла очередную серию на блоки.
"Руки и плечи он мне, конечно, сегодня поотбивает, засранец, ну да ладно. А вот в корпус – хрен тебе, бабушка, а не Юрьев день. Колено мое не желаешь своим кулачком достать? Ага, не понравилось. А это что еще? Эй, ромашечка! Да ты что, меня совсем идиотом считаешь? Не делай вид, что ты устал, давай еще потанцуем. Ага, понял, что я не ведусь на эти уловки, и вперед танком полез. Щас, испугаюсь".
Поначалу Павла игнорировала возможности контратак, но боксер, чувствуя свое превосходство, действовал все наглее и наглее. Скоро эта игра ей стала надоедать, и она начала прощупывать его оборону. Уйдя с линии очередной атаки, слегка зарядила боксеру ногой в бедро.
"Ну что, боцман, не понравилось? Это из боевого самбо чуток. Я ж не только в соревнованиях участвовала. Нас четверых из секции тренер у себя дома научил кой-чему. Маловато этого конечно. Против нормального рукопашника, шансы мои были бы невелики, но ты-то Рома не рукопашник, так, боксер-показушник. Да и во дворах на дежурствах мне всякие деятели попадались. И кикбоксеры были и каратисты. А спортсмену против уличного бойца никогда легко не будет. По себе знаю. Оп! Что, больно? А ты думал я с тобой как на ринге боксировать стану. Наивный ты тогда, боцман".
— Ах, ты вот как! С.ка! Ногами драться?! Ну, молись Колун, щас я тебя гада убивать буду!
"Эх, как разошелся-то. Так, здесь мы лучше пока отступим. Побегай за мной. Тихо, тихо. Оп. Ага, мимо, паренек! Да что ты, бедняжка? Оп! А это уже я! Вот так-то, Романчик. Что, не знал, что на ногах столько болевых мест? А нефиг было выеживаться и по почкам со спины бить. Ты гляди-ка, замолчал, только пыхтит и сопит, как буйвол, да в угол меня все загнать старается. А глаза-то, какие страшные стали, жаль я красную тряпку дома забыла. Ой! Все же достал мне гад плечо и грудь. Хоть и по касательной, но сильно. Упф! Ну да ничего, молотобоец, это, наверное, твой последний серьезный успех был. Сильно, гаденыш, машется, синячок таки появится. Значит и в ближнем бою сегодня наверняка, не только ему, но и мне прилетит. А вот, кто из нас двоих выносливей, это мы еще посмотрим. Я-то свои охи-страхи уже давно, в подворотнях оставила, а вот про тебя мы скоро узнаем. Сейчас, сейчас…"
— Эй, Колун! Ты дерись давай, а не бегай от Ромки!
— Васек, ты же правила слышал, имеет право драться, как сам хочет, не мешай лучше им.
"А Лева-то, честный пацан оказался. А я уж, грешным делом, думала, не вместе ли они меня тут дубасить начнут. Фу! Ничего! Снова едва зацепил, пока не в счет. Ух ты! Какая экспрессия! Как нашему боксеру хочется меня достать. Давай, давай, я даже почти тебе поддалась. Ну же. Поднажми! Еще, еще! А вот сейчас, Рома, лови мою "дворовую контратаку". Раз, два, три. Пошли!".
