Я даже не заметила, как в прихожей возник Вард, сметенная ураганом по имени Евгения. Только когда он как всегда невозмутимо отцепил от меня подругу и, что-то тихо сказав хранительнице, попросил нас перенести беседу в библиотеку.
— Не Рены, а Рины, — машинально поправила я. — точнее уж Вирнарины Вир-Шиани, Вард, это твоя сестра получается? — поинтересовалась я у шиани, а на пол с грохотом упала книга, для подруги эта новость стала неожиданностью и явно неприятной, карие глаза метали молнии, которые предназначались одному слишком скрытному лорду. Тот же как всегда невозмутимо прошел к своему креслу и, расположившись там, ответил на мой вопрос: — Да, все верно. Моя сестра, не родная, если использовать вашу терминологию — кузина.
Женька демонстративно хмыкнула и обиженно засопела, а я устало улыбнулась и примостилась рядом с ней на диванчике. Больше всего хотелось положить голову ей на колени и начать ныть и жаловаться. Но этот порыв я сдержала, только спрятала внезапно выступившие слезы, уставившись в раскрытую наугад книжку, которую до этого уронила подруга: — Карьярд: полное описание ритуального поединка, дополненное и исправленное, — зачитала я и удивилась. — Это что такое?
— Вид дуэли какой-то древний, ныне не практикуется, — пояснила подруга, забрав книгу, я только название успела прочитать — 'Расширенная версия Верховного Кодекса. С поправками и дополнениями'. — Так что там у тебя происходит?
Я кратко обрисовала ситуацию дома, старатель избегая описания процесса моего обучения, а точнее методов, используемых Риной. — В общем, меня теперь старательно натаскивают к этому балу, поэтому я если не танцую, то делаю реверансы. — закончила я свой рассказ, состроив гримасу.
— Хммммм, — задумалась подруга, — Вард, а мы можем опротестовать союз Раймиира с Сашкой, учитывая, что у него уже есть женщина?
— Нет достаточных оснований, — развеял надежду шиани, — Официально метка стоит только на Александре, а количество одновременных партнеров — личный выбор каждого и никак не регламентирован.
— Но она не подписывалась на место в гареме! — рыкнула подруга, ого, а Женька тут уже зубки вовсю показывает, — Должно же быть какое-то решение.
— Мы его ищем, — устало ответил Вард, под мы мне очень хотелось понимать его и Аллинара, но мысли эти были быстренько задвинуты куда подальше, — и обязательно найдем, дай мне еще немного времени.
Женька нахмурилась, но кивнула, соглашаясь, что выхода у нас особого не было. Оставшееся время мы обсуждали бал, лорд рассказал нам, что такие балы регулярно проходят в столице — после Бала четырех лун последует главный бал сезона — Бал смены луны, в ночь, когда багровую луну на ночном небе сменит голубая.
Домой я вернулась повеселевшая и отдохнувшая. Особенно приятным было то, что дома никого не оказалось, и я смогла мышкой прошмыгнуть в свою комнату и рано лечь спать, не отрабатывая в пятитысячный раз 'реверанс основной, торжественный, ниже, Алекса, еще ниже, и улыбайся, я не вижу как ты улыбаешься'…
В день бала в доме с утра царила суматоха. Райм куда-то смылся, поручив меня заботам Рины. Поэтому утро мое началось еще раньше обычного — шиани решила самолично проконтролировать все этапы моих сборов, поэтому потащилась за мной даже в ванную. Вода, к слову, на сей раз оказалась горячей, а не чуть теплой, видимо, при грозной деве хранитель вел себя безукоризненно. И количество пузырьков с разными средствами выросло в геометрической прогрессии. Считать я перестала на четвертой бутылочке, масло из которой необходимо было втереть в запястья. До этого я что-то втирала в кожу, потом брызгала, потом сыпала порошком, потом снова втирала и снова брызгала. Казалось, из ванной я выйду ровно к моменту отбытия из дома, но нет — цербер Рина, как я про себя ее именовала, оперативно выволокла меня в комнату и занялась волосами. Спустя пару минут на моей голове красовалось нечто…
Если свои волосы Рина оставила распущенными, надев на голову тонкий золотой обруч с свисающими золотыми цепочками, которые мелодично позвякивали при каждом шаге, то с моей она решила дать волю своей фантазии. Не особо здоровой, надо признать, — в итоге волосы были подняты вверх и как-то магически зафиксированы. Эта пизанская башня не падала, но от ее колдовства сразу начала болеть голова, грозясь перерасти в тупую ноющую боль на весь вечер. Мои попытки высказаться прервали, сообщив, что иду я так и только так. К башне добавилось украшение из золотых перьев, которые обрамляли ее по правой стороне, а в уши были вдеты длинные тяжелые серьги, золотыми цепочками скользящие по плечам. Тоже почти корона, только какая-то очень спорная.
