В наших бедах мы часто обвиняли политических лидеров, но это не от большого ума, а от растерянности нашего сознания. Чувственная составляющая жизни лежит на канве исторических событий прошлых лет.
Были: эстетика религиозная, в том числе христианская, патриотично-национальная, духовно-романтическая, революционно-погромная («Даешь!»), эстетика труда и созидания («Труд – дело доблести и геройства»), эстетика войны, скорби и побед. Теперь эстетика потребления, насилия, садизма преобладает всюду. Бери от жизни всё! Но ведь это агония безумцев!
Деменция – слабоумие национального масштаба. Его первый признак – потерю стыда – мы наблюдаем всюду. В большой пропаганде и политике тоже.
Реалии жизни вошли в конфликт с разумом, человеческой культурой и моралью. Мудрые и благородные люди – пророки в подполье, с ними нет широкого диалога. Их участь – жить под знаком Кассандры, а кодла правит свой бал.
Поведение современного человека непредсказуемо. Противоборство в мире будет усиливаться. Наше национальное слабоумие проявилось в космополитических завиральных идеях и поругании чести, чувства Родины. Мы позволили обмануть всех новыми «либеральными» подменами и пока не понимаем, как нас дурят и кто. Моя долгая жизнь позволяет мне взглянуть на происходящее издалека. Ключевые термины в социологии обретают другое содержание и качество. Для примера возьмем слова «рабочий» и «крестьянин».
Сословные общества, классы. Они в современной России исчезли и никогда не повторят себя. Их менталитет изменялся в течение последних 15 лет стремительно по нисходящей. Кто вспоминает теперь о чувстве гражданства, долга и чести? Высокое слово «труд» обрело другое значение. Человеколюбие не востребовано, словно можно обойтись и без него. Нет! Не можно!
Государство – дом, а не богадельня. Его надо защищать, охранять, благоустраивать. Тысячи лет назад греческие мыслители со знанием предмета осудили охлократию – власть толпы. Современники-россияне переживают нечто худшее: власть кодлы, своей и международной. Она вездесуща. В быту, в ООН и в философских клубах. Терроризм – это изобретение человеческой кодлы. Кодла – это люди, обесценившие чужую жизнь, не успев подумать о своей.
События в нашей стране начиная с 1985 года будущие историки наградят эпитетами порицающего значения. Я называю этот период Великой Охломонией. За эти 15 лет мы перепробовали все нелепости, разрушавшие государство и наш быт, кои можно выдумать невежественным и перевозбужденным рассудком. Историки назовут по имени и «заслугам» всех великих охломонов, рвавшихся к политический власти. Но в этом процессе участвовали и все мы. Среди охлократов есть люди, гениально использовавшие время смуты, чтобы нас обобрать по закону и сохранить свое влияние на события будущего времени. Награбленное они будут защищать умело и всеми лукавыми способами. Их главная стратегия – народ не должен поумнеть. Вот почему они так активно управляют средствами информации и образования. Наша идеология и политический вектор определены: социальное государство с правом частной собственности, в условиях свободы личной инициативы. Что, чего здесь не хватает? Всего достаточно, но нам опять может помешать деменция – слабоумие. А мудрые живут под знаком Кассандры. Им не верят.
Нам предстоит прожить еще несколько лет в чиновничьем государстве, ощутить и понять его несовершенство, порочность и бездуховность. И только этот трудный опыт изменит наш разум и будет способствовать созданию лучших условий для нашего развития.
И общество опять объединит идея создания государства трудящихся для трудящихся, где труд станет и доблестью человека, и гарантом его личной свободы. Мы осквернили эти идеи своей практикой. Государство трудящихся для трудящихся – высший идеал разума. Чтобы создать его, потребуется время смены двух поколений – 80 лет. В моем сознании оно ассоциируется с евангельским откровением апостола Иоанна Богослова.
Мы потеряли человеческое достоинство, чувство стыда, утратили чувство страха перед полным распадом своей этнической оригинальности. Люди нового поколения совершенно не подготовлены к познанию жизни, к тому же развращены идеологией потребительства, свободой своей морали и эстетики.
Качество жизни будет ухудшаться, возможно, и в экстремальном режиме. Чтобы этого избежать, нужны новые знания, новое осмысление прошедших времен и событий.
Эти новые знания уже появляются в России, но их непросто растиражировать и усвоитъ людям. Социальные конструктивы – рынок, экономика – пока не утвердили извечной мечты о справедливости и доброте как моральной норме жизни.
Новое знание поможет нам улучшить качество жизни, а экономику сделать нравственной, если это станет политикой и функцией государства.
Пока это не так, а иногда совсем наоборот.
Новое знание. Звучит громко. Его можно замолчать как дерзкий поступок одного мечтателя, осквернить бранью. Все это у нас успешно делают СМИ при полном нейтралитете власти.
