— Кто познакомил тебя с Ваном? — вдруг быстро спросил он, явно проверяя меня. К счастью, я была готова к такому вопросу и сразу поняла, что он имеет в виду того «свидетеля». Поэтому я тут же ответила:
— Никто нас не знакомил, я давным-давно его знаю.
Тут он перешел к делу и стал спрашивать меня о том, что и когда я говорила М. Не найдя, видимо, в моих ответах ни одного уязвимого места, он с удовлетворением сказал:
— Если мы хотим сохранить верность гоминьдану и родине, надо повышать бдительность… Ты ведешь себя правильно!
Когда я начала прощаться, он вдруг остановил меня:
— Что же, в конце концов, представляет собой эта твоя соученица Пин? Одни считают ее враждебным элементом, другие — ни в чем ее не подозревают. Да и с этим К. такая же история. Кто же из них, по-твоему, прав?
Я перепугалась. Уж не намек ли это? Ведь говорят, что я с ними заодно. Но с какой стати я буду выгораживать их, а сама полезу в петлю? Нет, надо защищаться!
— Ведут они себя как-то подозрительно!
— Значит, противоположное мнение ошибочно?
— Я не решаюсь утверждать, но многое в них мне кажется странным.
— Гм… — Он наклонил голову, недоверчиво взглянул на меня, подумал, потом улыбнулся: — Что ты писала в своем прошлом рапорте о К.?
Сердце мое, казалось, вот-вот выскочит из груди, но я твердо ответила:
— В то время у меня еще не было серьезных улик, но потом удалось установить, что он действительно выполняет важное задание по организации подполья, а Пин…
— Что же Пин? — Он так и сверлил меня взглядом.
— Пин — его любовница! — скрепя сердце сказала я, хотя чувствовала, как дрожат у меня колени.
Он долго с улыбкой смотрел на меня, а потом очень любезно произнес:
— Твое сообщение — весьма ценно. Ты, вероятно, устала? Можешь идти.
Совершенно опустошенная, брела я по улице, брела куда глаза глядят. Может быть, все это мне приснилось? Нет, это хуже самого дурного сна. Была глубокая ночь, на улицах — ни души. Я едва волочила ноги, и, когда добралась до дома, было три часа ночи.
Я не заметила, как кончилась воздушная тревога и дали отбой. В душе моей постепенно созревало новое решение. Надо во что бы то ни стало найти их и предупредить.
Но как это сделать? Ведь теперь и у меня появился «хвост», за мной тоже следят.
Кроме того, они могут не обратить на мои слова никакого внимания и потом опять проболтаются. Тогда все мои старания окажутся напрасными. Правда, можно вначале найти одного из них, например К. Он гораздо разумнее. Почему бы, в самом деле, мне не поступить так? Но, как назло, его очень трудно найти, словно бродягу какого-нибудь.
Я снова стала колебаться. Вовсе не обязательно их разыскивать. Однажды я уже выгораживала их, но благодарности не дождалась. Смешно было бы думать, что вчера я так уж сильно навредила им, что значат мои несколько слов? К тому же я была в совершенно безвыходном положении. Гораздо опаснее то, что среди них появился провокатор, а они и не подозревают об этом.
В таком случае, где гарантия, что все сказанное мною не дойдет до ушей провокатора? Тогда мне крышка.
Предположим, что я ошиблась. Но ведь в любой момент они могут «пропасть без вести». Хватит ли у них мужества, как у Чжао, вынести все и не впутать меня?..
Нет, все же лучше разыскать их. Хотя пойду я на такой риск не ради них, а ради самой себя.
Итак, решено. Я буду их искать. Но не успела я переодеться, как явился посыльный от Шуньин. Она звала меня в гости.
Отказываться нельзя. Я оделась и вышла из комнаты, но какое-то смутное предчувствие заставило меня вернуться и спрятать некоторые вещи.
Вчера вечером у Шуньин я была в центре внимания, вернее не я, а то, что меня вызывали ночью на беседу. Несколько раз мне удалось все же позвонить по телефону и попытаться найти К. и Пин. Пин оказалась в издательстве, но я не стала звать ее к телефону.
Шуньин все время хвасталась своими «огромными возможностями» и уговаривала меня успокоиться. Я вдруг вспомнила некоторые подробности ночного разговора и сказала:
— Меня спрашивали, не знаю ли я двух человек по фамилии Сюй. Говорили, что оба они ваши близкие знакомые.
— Сюй? Таких у нас нет, — ответила Шуньин, не придав моим словам никакого значения. Но Суншэн взволнованно спросил:
— А что ты ответила?
— Сказала правду, что никогда их не видела.
— Молодчина! — с облегчением произнес Суншэн, сразу повеселев и, словно оправдываясь за свое волнение, посмотрел на меня. — Один из Сюев здорово ссорился с М. и с нами вел себя неподобающе. Поэтому вопрос этот был задан неспроста. Хорошо, что ты так ответила.
— Ох, сестрица! — заволновалась вдруг Шуньин. — Забыла предупредить тебя: при входе и выходе из нашего дома будь осторожна!..
