Я не знаю, грусть ли это уходящего столетья,Тень, что на закате солнца прячется в багровом свете,Иль обманутая вера, боль проигранных сражений,Или горе, что рождают горы братских погребений.Как печальное наследье всюду нас оно встречает,Темнотою и тоскою наши души омрачает,И, развеявшись по ветру, сеет тайное томленье,Словно пробил час и вправду близко светопреставленье;Что звучит — я вопрошаю — в этих жалобах и стонах?Что за призраки толпятся с мрачным блеском глаз бессонных —Утомленная бездельем юность — жертва увяданья,Сонмы лириков, поющих выдуманные страданья,Жалкие сердца пустые, малодушные уродцы,Не умеющие даже верить, чувствовать, бороться?!Что за немощные руки? Дети, у которых лица —Как плоды, что рано ссохлись, не успев еще налиться?В час, когда стенает столько душ измученных и сирых,И грустят больные барды, разуверясь в скудных лирах,Тягость мира, серость жизни в ослепленье проклиная,И мечту их о бессмертье провожает скорбь людская, —Ты, художник, повелитель столь божественного слова,Что сумел бы ширь земную, красоту всего земного,Неизведанную радость щедро так раскрыть пред нами,Даже ты стремишься ползать проторенными тропамиИ наркотиком унынья одурманить дар природный,Чтоб на родине казаться странной тенью чужеродной!Как случилось, что твердишь ты в молодые годы эти,Будто стар и жизнь постыла, безразлично все на свете,Что увлечь тебя не может никакая в мире сила,Что напрасны все сомненья и ничто тебе не мило?Что такое жизнь, ты знаешь? В наши дни, когда в орбитеВечного миропорядка, в бурном хаосе событийС мишурой обманных зрелищ, вьющих сети заблуждений,Время, лишь крылом ударив, вносит столько изменений, —Ты пытался ли проникнуть, пусть не в суть вещей, в сознанье,Но хотя бы в трепет сердца, в мимолетное мерцанье?Ты лишь на пороге жизни. Мысли гибкой — нет предела,В гущу жизни окунувшись, сколько б струн она задела!Вам, счастливые поэты, — все под солнцем вечно ново,Только вы с красот незримых совлекаете покровы!Сколько образов блестящих пред тобой скользят без края,Ты же, как в воде стоячей, мысли сонные качая,Равнодушно упускаешь формы, звуки, краски, пятна,Тьму невысказанных истин ты теряешь безвозвратно.Знаю. Как и ты, я тоже был обманут верой вздорной,Что мой жалкий бунт в искусстве — путь к бессмертию бесспорныйВымученными слезами, — мне отвратно вспомнить ныне! —Я оплакивал прилежно вздор, казавшийся святыней!Но когда я осмотрелся и узнал, что это гореНачинающих поэтов — только нечто вроде кори,Что, вчера покинув школу, в цвете лет они хиреют,Тратят юный пыл и силы, что еще в них только зреют,На пустые перепевы, где штампованные звукиЗаказную скорбь мусолят и надуманные муки,И когда я понял ясно: это гибельная мода,Что высасывает соки юной поросли народа, —Я велел незрячим мыслям, что летучими мышамиНад могилами кружатся, — не возиться с мертвецами,Но из цвета бурной жизни извлекать ее щедроты,Собирая мудрость, правду в нестареющие соты!О, как много можно в жизни написать! Какие драмыНерассказанными тонут, поглощенные валамиМоря жизненного! Сколько в тьму унесено волноюНепрославленных героев, обездоленных судьбою!Сколько мучеников стойких и сердец, разбитых гнетом,Предано навек забвенью, забрано водоворотом!Весь наш мир — в движенье вечном. В мировом круговращеньеИ у самой малой силы есть свое предназначенье.И когда, поэт, ты видишь, как вокруг страдают люди,Бьются, мечутся и стонут, и надсаживают груди,Ты же низким дезертиром сторонишься поля брани,Тем, кто ждет твоей подмоги, веруя в тебя заране,Шлешь отчаянье и горечь в песне скорби беспробудной, —Знай, на то ты тратишь слепо дар свой редкостный и чудный,Чтобы люди стали втрое злы, печальны и жестоки!Это ли призванье ваше, песнопевцы и пророки?Где мечтатели, где наши трубадуры и рапсоды,Песнопевцы смысла жизни и величия природы?Где всеведущие маги, звездочеты и предтечи,Наши сеятели блага и жрецы высокой речи?Под обвалом ложной веры и законов обветшалыхСхоронив былую горечь и печаль сердец усталых,Пусть они своею песней в нас вдохнут отвагу снова,Пусть их пламенные взоры, мощь пророческого словаРазметают волны мрака и откроют перед намиНовый мир — большой и светлый, весь сияющий огнями!1892Перевел Р. Моран.
