Ст. 303.
Гегелох— первый актер (протагонист) в трагедиях Еврипида. Его высмеивали за неясное и нечеткое произношение. Отсюда каламбур, который перевод пытается сохранить («привидение» и «провидение»).
Ст. 318.
Иакх— один из троицы богов, чествуемых в Елевсинских мистериях.
Ст. 320.
Диагор.— См. «Облака», комм. к ст. 829.
Ст. 338.
Как сладостно пахнуло поросятиной!— Поросенок — традиционная жертва на мистериях.
Ст. 354.
Кратин.— См. «Всадники», комм. к ст. 398. Аристофан высмеивал его при жизни и неизменно прославлял после смерти. «Бычья сила» и необузданный размах — характернейшие черты стиля Кратина.
Ст. 362 сл. Снова чередование серьезных и балаганно-шуточных строк.
Эгина— остров, принадлежавший Афинам, но соседний с враждебным Пелопоннесом и поэтому удобный для контрабандистов.
Форикион— некий контрабандист, современник Аристофана.
Эпидавр— порт на севере Пелопоннеса, т. е. во вражеской стране. Все это — отголоски жестокой Пелопоннесской войны между Афинами и Спартой, во время которой блокируемые неприятелем Афины были вынуждены к решительным мерам борьбы против военной контрабанды, вывоза продовольствия и т. д.
Ст. 368.
…Кто в отместку за шутку на играх святых…— Выпад против политических деятелей демократии, пытавшихся бороться со своеволием комедии. Закон об уменьшении вознаграждения поэтам и актерам комедии был предложен Агиррием в конце V в. до н. э.
Ст. 393.
…Дай победить на славу!— Победить — в состязании комедий. Хор мистов в комедии — это прежде всего хоровод граждан — участников комедийного празднества.
Ст. 400.
…К богине в дом!— Важной частью Елевсинских торжеств было праздничное шествие из Афин по «священной дороге» за двадцать километров в пригородный Елевсин. Во время пути этого в обычае были шутки, пляски. Пренебрежение к внешнему приличию было также традиционным для Елевсинских празднеств.
Ст. 417 сл.
Хотите, будем вместе шутить над Архидемом!— Эти коротенькие песенки-частушки — образчик тех шуток, которыми обменивались участники в праздничном шествии к Елевсину.
Архидем— государственный деятель, представитель радикального крыла демократической партии, которого комедия, верная своему политическому консерватизму, обвиняла как «безродного» и «пришельца».
Каллий— представитель легкомысленной «золотой молодежи», сын Гиппоблуда (Гиппоника). Городская молва утверждала, что он вышел в Аргииусское сражение (406 г.) наряженный, как Геракл, в львиную шкуру.
Ст. 438 сл.
Возьми поклажу…— Это напоминание звучит для Ксанфия так же надоедливо и однообразно, как хвастовство коринфян, известных в Греции лгунов и бахвалов.
Ст. 450 сл.
Мойры— богини судьбы. Они благосклонны к мистам («посвященным»), которых в награду за праведную жизнь ждет загробное блаженство. Этот догмат — центральный в древнегреческих мистических учениях.
Ст. 462.
Ах, мерзкий, ах, треклятый, ах, негоднейший!— Эак — грозный судья в царстве мертвых — в комедии выступает в балаганной роли привратника-раба.
Ст. 470 сл.
…И псы Кокита резвые…— Угрозы Эака составлены из пародийно-преувеличенных отрывков из еврипидовских трагедий.
Стикс(река печали),
Ахеронт, Кошт(река слез) — таинственно-мрачные потоки преисподней.
Ехидна— сказочное стоголовое существо. Наоборот, в «тартесской мурене» (слово «тартесская» напоминает Тартар — ад) нет ничего сказочного: это любимое лакомство афинских обжор. Та же игра противоречий и далее: мифические Горгоны оказываются родом из афинского пригорода Тифры, поставлявшего рыбу на афинский рынок, и становятся рыночными торговками.
Ст. 501.
Мелитта— местность по соседству с Афинами, где находилось славное святилище Геракла. Тем неожиданнее звучит: «из Мелитты каторжник».
Ст. 520.
Привет мой передай танцовщицам.— Ксанфий, как человек невоспитанный, шлет привет не хозяйке дома (как велел обычай), а танцовщицам.
Ст. 531.
Алкмена— мифическая мать героя Геракла, одна из жен Зевса.
Ст. 536.
Это лучше, чем стоять // Разрисованной статуей.— Разрисованная статуя прикреплялась к носу корабля и вместе с ним поворачивалась по ветру.
Ст. 540.
Ферамен— один из крупнейших афинских государственных деятелей последних лет Пелопоннесской войны, слыл у древних примером изворотливого, но беспринципного политика. Его звали «Ферамен-вертушка».
Ст. 563.
И вынул нож, прикинулся помешанным.— Вся эта сцена пародирует представление о Геракле, созданное трагедией. Оттуда же почерпнут образ «безумного Геракла».
Ст. 569-570.
Клеон и Гипербол.— См. предисловие и «Всадники», комм. к ст. 739.
