Избранные произведения полностью

Земский — писарь при мелком начальнике, в данном случае — при старосте.

Ременный жгут — ременной кнут, которым секли в XVIII в. преступников.

Хор ко превратному свету (стр. 278). Впервые — там же, стр. 22 (ненум.). По мнению Г. А. Гуковского, данный краткий хор был написан Сумароковым после того, как был запрещен цензурой более подробный хор, опубликованный позднее Новиковым в ПСВС, ч. 7, стр. 339—342, под названием «Другой хор ко превратному свету» (см. наст, изд., стр. 279). «Смысл этого краткого хора таков: мне запретили говорить правду, что ж, я буду все же кричать об этом запрете и тем заявлю свой протест. Выразительный припев печатного хора

есть подчеркнутая замена звучащими точками не пропущенного цензурой варианта (в нем та же конструкция:

(Гр. Гуковский. О «Хоре к превратному свету».— Сб. «XVIII век». М.—Л., 1935, стр. 204).

Другой хор ко превратному свету (стр. 279). Впервые — ПСВС, ч. 8, стр. 359—361. Н. И. Новиков поместил в ПСВС «Хоры к большому маскараду, бывшему в Москве в 1763 годе» (ч. 8, стр. 335—344). Среди этих «хоров» находится и «Другой хор ко превратному свету», отсутствующий в брошюре «Торжествующая Минерва». В литературе высказывалось мнение, что этот «Другой хор» принадлежит не А. П. Сумарокову, а Ф. Г. Волкову (см. статью П. Н. Беркова в сб. «XVIII век», Л., 1935; ср. там же статью Г. А. Гуковского, оспаривавшего эту точку зрения). Вопрос о бесспорной принадлежности этого произведения Сумарокову не может считаться окончательно решенным. При Николае I это стихотворение печаталось с опущением строк, относящихся к «Добронравным Сократам».

Сократы добронравны — вероятно, имеются в виду учителя нравственности, т. е. духовные лица (см. след, два стиха).

Каковых мы здесь <не> видаем. В ПСВС без «не». Стих исправлен по публикации в журнале «Русский вестник», 1842, т. 5, № 1, стр. 27.

«Завтрем» там истца не питают — словами «приди завтра».

Дьячи закрепы — скрепительные подписи чиновников.

Хор ко гордости (стр. 281). Впервые — «Торжествующая Минерва», стр. 22—23 (ненум.).

Шерин да берин и т. д. — подобные «заумные слова» в близкой редакции встречались в экстатических песнях русских сектантов-мистиков.

Хор игроков (стр. 282). Впервые — там же, стр. 23 (ненум.).

Вины, жлуди — старинные названия карточных мастей — пики, трефы.

Хор ко златому веку (стр. 282). Впервые — там же, стр. 23 (ненум.). Уподобление Екатерины II богине справедливости Астрее, столь часто встречавшееся в официальной поэзии последней трети XVIII в., находится здесь впервые.

Хор к Парнасу (стр. 282). Впервые — там же, стр. 24 (ненум.).

Хор к Минерве (стр. 283). Впервые — там же, стр. 24 (ненум).

Ликовствуйте — ликуйте.

Затворила Яна храм — храм бога Януса стоял открытым во время войны. Здесь — намек на то, что Екатерина прекратила начатую ее предшественником Петром III подготовку войны с Данией.

Раствори врата и т. д. В этих словах Сумароков выражает надежду на развитие в России наук, покровительницей которых считалась у римлян богиня Минерва, у греков — Паллада.

«Красоту на вашу смотря, распалился я, ей-ей!..» (стр. 284). Впервые — ПСВС, ч. 5, стр. 338—339. Песня включена в текст комедии «Тресотиниус» (написана 12—13 января 1750), высмеивающей Тредиаковского, и представляет пародию на любовные стихотворения последнего. Текст неточен (ср. указания на наличие «более исправного» текста в статье Н. Н. Виноградова «Историко-литературные и этнографические заметки, III». — Известия Отделения русского языка и словесности, 1917, кн. 2, стр. 33—34). Нами сделаны некоторые конъектуры.

Спесиха слатенька — сладостная гордячка.

О, увы, моих злых бед! — старинный родительный падеж восклицательный — о мои злые беды!

«О приятное приятство!..» (стр. 284). Впервые — ПСВС, ч. 8, стр. 189—190. Пародия на Тредиаковского. По характеру напоминает предшествующую пародию, и поэтому ее можно отнести к началу 1750-х годов. Не исключена возможность, что эта «песня» была предназначена для «Тресотиниуса».

Сонет, нарочито сочиненный дурным складом (стр. 285). Впервые — ЕС, 1755, август, стр. 191. Примечание Сумарокова: «Для показания, что если мысль и изрядна, стихи порядочны, рифмы богаты, однако при неискусном, грубом и принужденном сложении все то сочинителю никакого плода, кроме посмешества, не принесет».