— И читать не умеете? — присоединилась к разговору крашеная шатенка.
— Нет. Совсем не умею. Простые цифры кое-как понимаю, а считать не могу.
— Тогда вам трудно на электричке-то…
— Да. Очень трудно. Мне билет не купить.
— Будь у нас время, мы бы вас до вокзала проводили, посадили на нужную электричку, но нам на работу нужно. Перерыв кончается. Извините.
— Что вы, что вы! Не говорите так. Наката сам как-нибудь.
— Слушай, — сказала черненькая. — Тогэгути-сан вроде в Иокогаму сегодня собирался?
— Угу, говорил, что поедет. Я думаю согласится, если его попросить. Он вообще-то неплохой, только угрюмый малость, — ответила крашеная.
— Дедушка, может, вам лучше автостопом ехать, если вы читать не умеете? — предложила черненькая.
— Автостопом?
— Ну, это когда просишь кого-нибудь на машине подвезти, куда тебе надо. Обычно дальнобойщиков. Те, кто на обыкновенных машинах, не очень-то сажают.
— Дальнобойщики, обыкновенные машины… Это трудно. Наката совсем не понимает.
— Да ну! Главное — поехать, а там как-нибудь разберетесь. Я тоже как-то раз так ездила, когда студенткой была. Водители грузовиков все добрые.
— А куда вы собрались ехать по Томэю, дедушка? — поинтересовалась шатенка.
— Наката не знает.
— Как это — не знает?
— Не знает. Но узнает, когда поедет
Девушки переглянулись — слова Накаты звучали как-то особенно убедительно. Да и старичок симпатичный. Покончив с бэнто, девушки отправили пустые коробки в урну и поднялись со скамейки.
— Пойдемте с нами, дедушка. Как-нибудь уладим ваше дело, — сказала черненькая.
Вместе с девушками Наката вошел в огромное здание поблизости. Бывать в таких больших домах ему еще не доводилось. Девушки посадили его в вестибюле, и, сказав несколько слов секретарше за стойкой, попросили его немного подождать, а сами упорхнули куда-то на одном из лифтов. Мимо сжимавшего в руках зонтик и брезентовую сумку Накаты один за другим шли служащие, возвращавшиеся с обеда. Такого зрелища Наката тоже раньше не видел. Все такие красивые, точно сговорились. Мужчины в галстуках, женщины с блестящими сумочками, на высоких каблуках. Все спешили в одном и том же направлении. Наката не мог взять в голову, чем может быть здесь занята такая уйма народу.
Наконец появились знакомые Накаты. Их сопровождал высокий тощий парень в белой рубашке с галстуком в полоску. Девушки представили ему Накату.
— Это, — заговорила крашеная, — Тогэгути-сан. Он как раз едет сейчас на машине в Иокогаму и возьмет вас с собой, Наката-сан. Высадит на Томэе, на автостоянке в Кохоку — есть такое место. А дальше найдете другую машину. Походите, поищите, скажете, что едете на запад. Если кто-нибудь согласится вас взять, в знак благодарности угостите его разок в столовой на какой-нибудь стоянке. Поняли?
— Дедушка? А денег-то у вас хватит? — спросила черненькая.
— Хватит-хватит. Деньги у Накаты есть.
— Тогэгути-кун[145]! Наката-сан наш знакомый, так что будь с ним полюбезнее, — сказала шатенка.
— А вы со мной, — промямлил парень.
— Ладно, когда-нибудь… — пообещала черненькая.
— Вот вам, дедушка, на прощание. Закусите, когда проголодаетесь. — Девушки вручили Накате купленные в магазине коробку с нигири и шоколад.
Наката просто не знал, как их отблагодарить.
— Огромное спасибо. Наката вам так признателен за доброту. Слов нет. Наката будет изо всех сил молиться, чтобы у вас все было хорошо.
— Вся надежда на ваши молитвы, — сказала крашеная, рассмешив черненькую.
Тогэгути посадил Накату на переднее сиденье «хай-эйса» рядом с собой и с городского хайвея выехал на Томэй. Дорога была забита, и по пути они успели о многом побеседовать. Тогэгути был застенчив и поначалу больше молчал, но постепенно перестал стесняться и дальше говорил почти все время один. У него много чего накопилось на душе, и он откровенно выложил все Накате, с которым скорее всего судьба свела его в первый и последний раз. Поведал, что несколько месяцев назад его бросила любимая девушка, обещавшая выйти за него замуж. Что она завела себе другого. Долго пудрила ему мозги, встречаясь и с ним, и с новым ухажером. Рассказал, что у него нелады с начальством, и он даже подумывает, не уйти ли ему из фирмы. Его родители развелись, когда он учился в школе. Мамаша тут же снова вышла замуж, а новый муж оказался аферистом — занял деньга у близкого друга, а возвращать не собирается. И у студента из соседней квартиры до поздней ночи на всю катушку орет музыка, так что не заснешь.
Наката добросовестно слушал его, время от времени поддакивая и вставляя кое-какие замечания. Когда они подъехали к парковке в Кохоку, он уже знал о жизни этого парня почти все. Многое осталось для него непонятным, но в общем он решил, что Тогэгути стоит посочувствовать — хочет человек нормально жить, а ему столько всего мешает.
— Большое спасибо, что подвезли. Вы очень выручили Накату.
