Из телефона-автомата, что был в библиотеке, я позвонил Сакуре. Если подумать, переночевав у нее, я потом ни разу не давал о себе знать. Лишь коротенькую записку оставил, когда уходил. Мне стало стыдно. От нее тогда я поехал в библиотеку, оттуда Осима отвез меня на машине в свою хижину, и я несколько дней просидел в горах один, без телефонной связи с внешним миром. Потом вернулся в библиотеку, поселился в ней, стал работать, и каждую ночь ко мне является призрак (или что это было?) Саэки-сан в образе пятнадцатилетней девочки. Я влюбился в нее по уши. И вообще за все время много чего произошло. Но это, конечно, не означало, что я должен ей обо всем рассказывать.
Я позвонил вечером, еще не было девяти. Сакура взяла трубку после шестого гудка.
— Ну и где ты все это время был? Чем занимался? — спросила она грубовато.
— Я еще здесь, в Такамацу.
Сакура ничего не отвечала. Молчание продолжалось довольно долго. В трубке был слышен звук работавшего телевизора.
— Жил как-то, — добавил я.
Она еще помолчала, потом вздохнула так, будто смирилась с тем, что ей приходится иметь со мной дело.
— Чего ты сбежал-то? Не дождался меня. Я вообще-то волновалась, в тот день домой пораньше вернулась. Накупила всего.
— Конечно, я поступил как свинья. Но мне надо было тогда уйти. В голове так все перемешалось… Хотелось — как бы это сказать? — в себе разобраться, все обдумать как следует. Ты для меня была… Не знаю, как сказать.
— Чересчур сильным раздражающим фактором?
— Да. До этого я с женщиной ни разу рядом не был.
— Я так и поняла.
— Запах женщины и все такое. Много чего…
— Ну если у такого молодого парня — и «много чего», тогда случай тяжелый.
— Может быть, — сказал я. — У тебя как со временем? Работы много?
— Очень. Деньжат думаю подкопить. Впрочем, это к делу не относится.
Я сделал небольшую паузу и сказал:
— А меня полиция ищет.
— Это что — из-за крови? — помолчав, осторожно спросила Сакура.
Я решил правду пока не говорить.
— Да нет. Тот случай ни при чем. Просто ищут. Я же из дома ушел. Найдут — задержат и отправят в Токио. Я подумал: может, они и тебе звонили? Я же звонил тебе на мобильник в тот вечер, когда у тебя ночевал. Полиция через телефонную компанию узнала, что я в Такамацу. И номер твоего телефона тоже.
— Да? — сказала Сакура. — Номер — это пожалуйста. Не жалко. Я за мобильник по карточке плачу, авансом, так что они все равно не узнают, чей он. Вообще-то это моего парня телефон, я у него взяла попользоваться, поэтому ни про мое имя, ни про адрес нигде данных нет. Можешь не волноваться.
— Ну и хорошо. Не хочу, чтобы тебя из-за меня беспокоили.
— Какой ты добренький! Прямо сейчас заплачу.
— Я правду говорю.
— Все ясно, — с раздражением сказала Сакура. — И где же сейчас проживает ушедший из дома молодой человек?
— Один знакомый к себе пустил.
— У тебя же здесь не было знакомых.
Я не знал, что ей ответить. Как в нескольких словах объяснить, что произошло за эти несколько дней?
— Это долгая история, — сказал я.
— Смотрю, у тебя много долгих историй.
— Сам не знаю, почему все время так получается.
— Тенденция?
— Наверное. Давай как-нибудь поговорим на эту тему, когда будет время. Я же ничего не скрываю. Просто говорю, что по телефону всего не объяснишь.
— Можешь не объяснять. Я только хотела узнать, как дела. Есть проблемы?
— Нет-нет. Все нормально. Сакура снова вздохнула:
— Я знаю: ты парень самостоятельный, но с законом лучше не конфликтовать. Это может плохо кончиться. Еще отдашь концы, как Малыш Билли[161]. Он и до двадцати не дожил.
— Не до двадцати, — поправил я ее. — Малыш Билли двадцать одного человека укокошил и в двадцать один год погиб.
— Да? Ну и ладно. У тебя дело, что ли, ко мне какое?
— Просто поблагодарить хотел. Ты мне помогла, а я ушел, толком не попрощавшись. Вот… неловко как-то получилось.
— Понятно. Больше можешь не переживать.
— Еще голос твой услышать хотел, — сказал я.
— Вот обрадовал. Что тебе толку от моего голоса?
— Как бы это сказать… Тебе, наверное, странно это слышать, но ты живешь в реальном мире, дышишь реальным воздухом, реальные слова говоришь. Я с тобой разговариваю и чувствую, что у меня есть какая-то связь с реальным миром. Для меня это очень важно.
— Что ж, другие люди, что вокруг тебя, не такие?
— Может, и не такие, — ответил я.
— Выходит, ты живешь в отрыве от реальности, среди оторванных от жизни людей?
— Можно и так сказать, пожалуй, — подумав, сказал я.
— Знаешь что? — продолжала Сакура. — Конечно, я в твои дела не лезу. Живи как хочешь. Но лучше бы ты бросил все это, а? Не знаю, где ты там устроился, но у меня какое-то смутное предчувствие. Если что — сразу мотай сюда. Хочешь, живи у меня.
— Почему ты такая добрая? А, Сакура?
— А ты случайно не дурак?
— Это еще почему?
— Потому что ты мне нравишься. Вообще-то я в людях разбираюсь и к первому встречному так относиться не стану. А ты мне понравился, поэтому так и говорю. Даже не знаю, как сказать… Ты мне вроде младшего брата, что ли…
Я молчал. Что теперь делать? Я на секунду растерялся. Даже голова немного закружилась. Ни разу в жизни мне никто такого не говорил.
